Куджо

Дорогое.

Бретт подумал, потом улыбнулся:

– Он очень хотел новый мини-кран. С ним бы он выдрал старый мотор из агрегата Ричи, как кусок де… Ну, легко. – Он чуточку покраснел, но продолжал: – Но ты не можешь купить ему это, ма. Это очень дорого.

– Сколько?

– Ну, по каталогу не меньше тысячи семисот, но папа говорил, что мистер Беласко в Портленде уступил бы ему дешевле. Он говорит, что Беласко его боится.

– Думаешь, это правда?

Бретт, казалось, даже испугался. Он не помнил, чтобы мать когда-либо вела такие разговоры.

Даже Куджо на крыльце слегка навострил уши.

– Ну?

– Нет, ма, – сказал он, но Черити поняла, что он лжет. Она уловила в словах Бретта восхищение. Он хочет быть похожим на отца. Тот словно становится выше ростом, когда видит, что его боятся. О Господи!

– Нет ничего хорошего в том, что тебя боятся, – сказала она. – Нужны только громкий голос да грозный вид. Давай доедай.

Он медленно начал есть, то и дело поглядывая на нее. В это утро везде таились загадки.

– Сколько это будет стоить? Тысячу триста? Тысячу четыреста?

– Не знаю, ма.

– А этот Беласко может доставить заказ сюда?

– Такой дорогой, наверное, может. Если бы у нас были деньги.

Ее рука потянулась к карману халата. Там лежал лотерейный билет. Зеленый номер на нем, семьдесят шесть, и красный, четыреста тридцать четыре, совпадали с указанными в таблице выигрышей. Она сверяла их десятки раз, не в силах поверить. Она каждую неделю тратила на билет пятьдесят центов, с семьдесят пятого года, и вот эти вклады принесли отдачу – пять тысяч долларов.

Она еще не получила их, но они никуда не уйдут.

– Деньги есть, – сказала она.

Бретт уставился на нее.

В четверть одиннадцатого Вик вышел из офиса и поплелся в кафе, не в силах выносить проклятую жару. Сейчас он делал рекламу для яичной фермы Декостера. Трудная работа. Яйца он ненавидел с детства, когда мать запихивала их ему в глотку четыре раза в неделю. Все, что он мог выжать из себя, это: «Кусай от яйца с любого конца».

Не бог весть что. Мысль вызвала у него в уме образ яйца, застегнутого посередине на молнию. Образ хороший, но какой от него толк? Он не мог придумать. Надо спросить Тэдди, подумал он, когда официантка принесла ему кофе и блинчики с черникой. Тэд яйца любил.

Конечно, его мучила не эта яичная реклама. Мучили его предстоящие двадцать дней. Да, ехать придется. Роджер его убедил. Нужно ехать и драться.