Кто нашел, берет себе

Том увидел, как передние колеса переехали спальник и крепкого мужчину, присевшего над ним на корточки, выставившего руку, словно защищая его.

Теперь «мерседес» надвигался на Тома.

– Тодд! – закричал он. – Тодд, поднимайся!

Он попытался найти руки Тодда, схватил одну, потянул. Кто-то врезался в него, и он вновь упал на колени. Он слышал двигатель машины-убийцы, ревущий на максимальных оборотах. Очень близко. Попытался отползти, чья-то нога ударила его в висок. Перед глазами вспыхнули звезды.

– Том! – Тодд оказался позади него.

На него упало тело, за которым последовало что-то еще, невероятно тяжелое, давящее, грозящее размазать по земле. Бедренные кости хрустнули, словно сухие косточки индейки. Потом давящая тяжесть исчезла. Ей на смену пришла боль.

Том попытался поднять голову и сумел продержать ее над мостовой достаточно долго, чтобы увидеть задние огни, растворяющиеся в тумане. Увидел он и осколки стекла от разбитой бутылки. Увидел и распростертого на асфальте Тодда.

Линда была права, подумал Том. Ему следовало остаться дома.

«Я умираю, – подумал он, – и, может, оно и к лучшему. Потому что в отличие от Тодда Пейна я не обналичил свою страховку. Хотя, – подумал он, наверное, обналичил бы, если бы заставила нужда».

Потом пришла тьма.

Когда сорок восемь часов спустя Том Зауберс очнулся на больничной койке, Линда сидела рядом и держала его за руку.

– Я парализован? Скажи мне правду?

– Нет, дорогой, но у тебя множество переломов.

– А Тодд?

Она отвела взгляд, прикусила губу.

– Он в коме, но врачи думают, что рано или поздно он из нее выйдет. Об этом свидетельствуют его мозговые волны или что-то такое.

– Там был автомобиль, я не смог увернуться.

– Я знаю. Не только ты. За рулем сидел какой-то безумец. Его не поймали, во всяком случае, пока.

На водителя «мерседеса» Тому было наплевать. Он обрадовался, что его не парализовало, но…

– Насколько серьезные у меня травмы? Только честно.

Она встретилась с ним взглядом, но сразу отвела глаза. Снова уставилась на открытки с пожеланием скорейшего выздоровления на прикроватном столике.

– Ты… ну… пройдет немало времени, прежде чем ты сможешь ходить.

– Сколько?

Она подняла его руку, всю в ссадинах, и поцеловала.