Финт хвостом

Еще одна Ритина привычка, которая больше всего раздражала Эллиота. Услышав это от Анни, он стиснул зубы.

– Элизабет Лестерфилд.

Этот ее благоговейный тон раньше предназначался только для Нолана Райана.

– Она живет чуть дальше по улице, рядом с парком. У нее есть восемь сестренок Скиппер, пять Кенов и шестнадцать Барби.

Поначалу он не знал, что на это сказать.

– Здорово. Послушай, Анни, малышка. Хочешь, я приеду и свожу тебя в зоопарк…

– Мы с дедушкой вчера там были, – ответила она.

Он замешкался.

– Ну, тогда на аттракционы…

– Мы идем туда завтра, – сказала Анни. В трубке послышался чей-то голос. – Дедушка говорит, что нам пора. Пока, папуля.

– До свидания, родная. Люблю тебя, – добавил Эллиот, но в на другом конце уже раздались гудки.

После разговора с Анни он вышел, чтобы полить газон. Трава немного ожила, но все равно выглядела неухоженной. Пора косить.

Черный котенок лежал на том же месте под лилиями. Эллиот заглянул за куст жимолости – банка из-под тунца вылизана до блеска.

– Полагаю, ты изрядно изголодался, Хищник, – сказал он и взялся за шланг. – Дай мне включить воду и получишь еще одну банку. Как тебе предложение?

Котенок смотрел на него, не моргая и насторожив уши, но на этот раз не хорохорился.

– Я всегда жалел тех, кого жизнь потрепала, как собака, – сказал Эллиот, устанавливая разбрызгиватель. – Ой, наверное, правильнее будет выразиться «потрепала, как кошка». Но штука в том, что мы с тобой на одной стороне. Пытаемся упорядочить хаос.

Котенок принял львиную позу. Эллиот услышал тихое урчание.

Выдав Хищнику еще одну банку тунца, Эллиот зашел в дом и предпринял попытку разобраться на столе в пустой комнате на втором этаже, которая служила ему кабинетом. Двадцать минут спустя в одном из ящиков он нашел старый набор для оригами, который когда-то принадлежал Анни.

Все закончилось тем, что оставшийся день Эллиот мастерил кошек из маленьких квадратиков черной и серебряной бумаги.

Вечером Эллиот отправился проверить почту. На улице было тихо. Машины уже не появлялись, и большинство людей сидели по домам. Интересно, чем они занимались? Готовили ужин, читали газеты, смотрели телевизор? Эллиот смотрел на окна, яркие прямоугольники в летних сумерках, но не мог представить себя внутри. Та его счастливая часть жизни мигрировала в Даллас.

Разбрызгиватели все еще работали, чтобы воскресить иссушенный газон. Сверчки громко стрекотали.