Бесплодные земли

Она освещала крошечную квадратную пластину, покрытую странными серебристыми загогулинами… Микросхема!

– Это не медведь, это гребаный аппарат «SONY».

Сюзанна подняла глаза.

– Что?

– Ничего. – Эдди повернулся к Роланду. – А если я туда влезу, со мной ничего не будет?

Роланд пожал плечами.

– Думаю, нет. Если в теле его и таился демон, то он теперь улетел.

Эдди протянул мизинец, готовый в любую секунду отдернуть руку, если почувствуется хоть малейший разряд электричества. Прикоснулся сначала к остывающей плоти внутри глазницы размером едва ли не с бейсбольный мяч, потом – к одной из этих непонятных струн.

Только это была не струна, а очень тонкая стальная нить. Эдди вытащил палец. Красная искорка подмигнула еще раз напоследок и погасла уже навсегда.

– Шардик, – пробормотал Эдди. – Мне это имя знакомо, но что-то я не могу припомнить. Тебе, Сьюз, оно ничего не говорит?

Она лишь молча покачала головой.

– Самое странное… – Эдди беспомощно рассмеялся.

 – У меня оно почему-то с кроликами ассоциируется. Бредятина, правда?

Роланд встал. Суставы в его коленях громко хрустнули.

– Надо перенести лагерь, – объявил он. – Земля здесь испорчена. Та поляна, куда мы ходим стрелять, она как раз…

Он сделал пару нетвердых шагов, но вдруг ноги его подкосились, и Роланд повалился на землю, сжимая руками голову, упавшую на грудь.

10

Эдди с Сюзанной испуганно переглянулись, и Эдди рванулся к Роланду.

– Что с тобой, Роланд?

– Был мальчик, – отрешенно проговорил стрелок.

Помедлил мгновение, чтобы сделать вдох, и добавил: – Не было никакого мальчика.

– Роланд? – Сюзанна приобняла его за плечи. Его била дрожь. – Роланд, что с тобой?

– Мальчик, – сказал Роланд, глядя на нее невидящими глазами. – Это мальчик. Всегда мальчик.

– Какой мальчик? – Эдди в отчаянии перешел на крик. – Какой мальчик?

– Тогда, значит, иди, есть и другие миры, кроме этого, – сказал Роланд и потерял сознание.

11

В ту ночь они долго сидели без сна у большого костра, разведенного Эдди с Сюзанной на поляне, которую Эдди именовал «наше стрельбище». Открытая с одного края, эта поляна не подошла бы для зимнего лагеря, но сейчас, когда в мире Роланда по-прежнему царило лето, здесь вполне можно было расположиться.

Ночное небо выгнулось над их головами черным сводом, испещренное даже не звездами, а целыми галактиками.