Снайпер

Монтойя был кубинцем, имевшим непосредственное отношение к разведке; выполняя задания для различных агентств и управлений, а порой и для индивидуальных заказчиков, он иногда пересекался с Мемфисом. Монтойя считался одним из тех профессионалов, которые всегда работают на грани и которым их собственный ум зачастую идет во вред. Таких, как он, в один прекрасный день находят либо в болоте Биг-Мадди, либо в озере Поншартрен с чугунным грузом, привязанным проволокой к ноге, и с глубокой раной в груди, а вокруг уже плавают целые стаи мелких рыбешек.

А пока Томми Монтойя лизал ракушку устрицы и улыбался. Раскрыв створки, он положил обе половинки на ладонь, и его толстый язык стал быстро орудовать в них, выуживая беззащитные тельца. Он смаковал их подолгу, растягивая удовольствие.

Ник старался не смотреть на него. Господи, как вообще можно это есть? Он придерживался мнения, что, если та пища, которую вы собираетесь есть, в момент приготовления не была красной от собственной крови, ее ни за что нельзя брать в рот.

Но у этого кубинца были свои привычки. К тому же он был полезен, потому что знал вещи, каких больше никто здесь не знал… например, кое-что, связанное с бизнесом.

– Ники, – снова начал Томми, – значит, ты хочешь докопаться до источников… УБН имеет приоритетное право на получение высококлассных подслушивающих устройств, которыми ты интересуешься… э-э…

– Ну давай же, Томми, – нетерпеливо прервал его Ник, желая, чтобы Монтойя побыстрее завершил свое длинное вступление.

Во второй половине дня прибывал Хауди Дьюти, и Ник хотел быть в курсе событий до того, как База будет здесь. Если в отношениях с Юти оступишься и сделаешь неверный шаг, потом будет очень тяжело реабилитироваться. И Ник знал это лучше, чем кто бы то ни было.

Он очень нервничал и никак не мог с этим справиться. В темном баре, расположенном на набережной реки, было темно и полно каких-то импозантных личностей. В своем голубом поплиновом костюме и белоснежной рубашке Ник чувствовал себя так, будто у него на лбу было написано огромными буквами: «ФБР», к тому же он знал, что из-под пальто предательски выпирает длинная ручка «Смита-1076».

Он решил форсировать разговор, стараясь по возможности не выдавать своих истинных интересов:

– Скажем, мне надо устроить небольшую проверку и я должен кое-что записать на магнитофонную пленку. У меня наклевывается большое дело, но я опасаюсь, что идет утечка информации. Либо через УБН, либо через нас.