Черный свет

С подобным замечанием даже Эрл не мог не согласиться. Бессмысленная трата сил и времени. Уже за десять шагов ничего не разглядеть – пыль столбом.

– Ладно, – произнес Эрл, смирившись с поражением. – Давай выбираться отсюда.

– Мистер Эрл? – раздался голос Попа.

– Мы уходим, Поп. Там ничего нет.

– Мистер Эрл, Молли что-то нашел.

Эрл устремил взгляд в его сторону. Два пса помоложе лежали на земле, опустив головы на глинистую почву, влажные розовые языки безжизненно вывалились из полураскрытых пастей. Они дышали тяжело, раздосадованные своей неудачей.

Молли, напротив, сидел неподвижно, с высоко поднятой головой; взгляд его был вопросительно-спокойным. И вдруг пес завыл, протяжно, гортанно, с характерной осмысленной интонацией. Этот чисто животный звук исходил, казалось, не из горла. А потом пес вскочил, завертелся на месте, энергично завиляв хвостом, и, остановившись, указал носом на свою находку.

– Он нашел ее, мистер Эрл, – сказал Поп. – Она здесь.

– Проклятье, – кричал Джимми Пай. – Черт побери, парень, покрути ручку-то! Терпеть не могу тишины!

Длинные светлые волосы Джимми, уложенные с помощью геля «Брилкрим», золотом сверкали в лучах яркого солнца, подчеркивая красоту тонких черт его лица.

Пухлые пальцы Буба крутили ручку приемника, но отголоски музыки, которую якобы слышал Джимми, окончательно растворились в эфире.

– Дж-Дж-Джимми. Не могу н-н-н-найти…

– Давай, давай, парень. Продолжай, черт побери, ну, скажи.

Но у Буба ничего не получалось. Слово застряло где-то между мозгами и языком, запуталось в паутине раздражения и тщетных усилий.

Проклятье, когда он научится разговаривать как настоящий мужчина?

Буб, полноватый медлительный юноша девятнадцати лет, одно время работал подмастерьем плотника в строительной компании «Уилтонз констракшн», здесь же, в Блу-Ай, но так и не освоил ремесло, и его уволили. Перед своим двоюродным братом, который был старше, Буб благоговел, с малых лет восхищаясь им – Джимми считался лучшим защитником из всех, кто когда-либо жил в округе Полк.

За год до окончания школы его рейтинг составлял 368, он мог бы играть в младшей лиге или в команде Арканзасского университета, если бы не угодил за решетку.

Теперь Буб испытывал к Джимми больше чем благоговейный трепет: пожалуй, он любил брата. Казалось, даже воздух пропитался обаянием Джимми; тот распространял вокруг себя уверенность, одним своим присутствием разрушал все преграды.

– Крути, парень! – вопил Джимми с ликованием на лице.