Девушка, которая взрывала воздушные замки

Лисбет просчитала другие варианты, но пришла к выводу, что стакан – единственное доступное ей оружие.

Она расслабилась и стала ждать.

Залаченко не двигаясь простоял в дверях две минуты.

Потом он осторожно закрыл дверь, и Лисбет услышала слабый скрип костылей – он удалялся от ее палаты.

Через пять минут она приподнялась на локте, дотянулась до стакана и сделала большой глоток. Затем спустила ноги с кровати, отсоединила электроды от руки и грудной клетки и, покачнувшись, встала. Примерно через минуту она почувствовала, что может двигаться.

Потом добрела до двери, прислонилась к стене и перевела дух. Сначала ее прошиб холодный пот, а потом охватил приступ ярости.

Грёбаный Залаченко. Пора бы его прикончить.

Но где найти оружие?

В следующий миг по коридору застучали каблучки.

Черт возьми, электроды…

– Господи, зачем же вы встали? – воскликнула ночная сестра.

– Мне надо было… в туалет, – тяжело дыша, ответила Саландер.

– Немедленно ложитесь.

Сестра схватила Лисбет за руку и помогла ей дойти до кровати, а потом принесла судно.

– Если вам нужно в туалет, звоните нам. У вас есть для этого специальная кнопка.

Лисбет не ответила, сосредоточив все силы на том, чтобы выдавить из себя несколько капель.

Во вторник Микаэль Блумквист проснулся в половине одиннадцатого, принял душ, включил кофеварку и уселся за компьютер. Накануне вечером, после встречи в «Милтон секьюрити», он отправился домой и проработал до пяти часов утра. Наконец журналист почувствовал, что материал начинает обретать какие-то реальные очертания.

Хотя биография Залаченко по-прежнему казалась фрагментарной – Микаэль мог оперировать только той информацией, которую ему удалось выжать из Бьёрка, и теми деталями, которыми поделился Хольгер Пальмгрен.

А историю Лисбет Саландер в общих чертах он подготовил. В своем эссе Микаэль шаг за шагом описывал, как Лисбет стала добычей группы сторонников холодной войны из ГПУ/Без, как они заперли ее в детскую психиатрическую больницу – ради того, чтобы сохранить в тайне инцидент с Залаченко и его приключения.

Этот текст нравился Микаэлю уже гораздо больше. У него получится сенсационный материал, который буквально взорвет информационное пространство, и к тому же создаст проблемы для верхних эшелонов государственной бюрократии.

Блумквист закурил сигарету и задумался.

У него оставались два пробела, которые необходимо было заполнить. В одном случае задача представлялась вполне посильной.