За каменной стеной

Как будто торопился.

Девушка застонала, крепче обняла подушку.

Нам обоим снова не понадобилось много времени. Я протолкнул ладони под ее тело, сжал груди и приподнял Лену немного. Она выгнулась. Не успел я сдавить соски пальцами, Лена застонала и стала вздрагивать. Ее оргазм стал и для меня финалом. Я отпустил ее, позволяя расслабиться.

Отпускать не хотелось, в душ идти тоже. Я осторожно вышел, снял защиту, уложил Лену на бок, сам пристроился рядом. Хотел посмотреть на нее еще, но глаза-предатели моргнули и не открылись.

Вместо будильника для меня стал насмешливый громкий голос.

– Гондоны по всему дому, мужик в твоей постели. Ты перестала быть лесбиянкой? Поздравляю.

Я вскочил и каким-то самым нелепым образом потянул Лену за собой. Мы оба рухнули на пол. По дороге в самое нелепое положение я успел разлепить глаза и теперь видел, что в спальне находится мужчина. Высокий в ярких красных шортах и розовом поло. Он был того странного возраста, который невозможно определить, если человек следит за собой.

Мужчина прикрыл глаза ладонью и издевательски присвистнул. Если это ее муж, то пять баллов за выдержку.

– Это твой муж? – спросил я, пытаясь подготовиться к мордобою хотя бы морально.

– Нет, – простонала Лена, забираясь обратно в постель.

– Разве у лесбиянки может быть муж? – задал мне очень коварный вопрос мужчина, оторвав ладонь от глаз.

– Не знаю. Я их не встречал, – отрапортовал я, чувствуя, что сыплюсь и заваливаюсь.

– Это мой отец, – проговорила Лена, натягивая простыню на голову, пытаясь спрятаться.

– О…

Отец закатил глаза, как будто наша тупость ему до смерти надоела.

– Вы будете меня бить? – спросил я, окончательно усугубляя свой приговор.

– А надо?

– Я бы не хотел.

– Ты ее обидел?

– Нет, он был милым, Марк! – огрызнулась Лена из своего убежища. – Я сама кого хочешь обижу.

Отец, которого почему-то Лена назвала Марком, вздохнул.

– Да уж. Ты та еще заноза, Лен.

И обратился ко мне:

– Нет, чувак, бить не буду. Но позволь дать совет – гондоны нужно прибирать.

Я покраснел, как школьник. Папа Лены красноречиво смотрел на презерватив, который валялся на полу. Я быстро подобрал его, буркнул:

– Простите, – и прошмыгнул мимо раннего гостя к ванной, где валялись еще.

Умывшись там заодно, я попытался проснуться и решить, что делать. Мне помогла Лена. Она вошла в ванную.