Скверные Земли

Друиды получили дары от богов фейри – истинную магию и долгую жизнь, – но в обмен они обязаны были находиться на службе у правителей фейри. И неважно, как с ними обращались – хорошо или плохо, – это все равно считалось рабством.

Все изменилось, когда сила друидов возросла и правители поняли, что не могут их больше контролировать. За ними всюду охотились, особенно во времена правления королевы Анейры – тогда друидов убивали тысячами.

Какое отношение ко всему этому имел ковен моей матери, если они не являлись могущественными? И как ведьмы стали некромантами?

– Не забывай, демон, – с отвращением усмехнулся Лиам, – из тебя так же легко сделать мою сучку, как и из любого человека.

Кек бросилась в его сторону. Противники быстро отреагировали и направили свое оружие на нас, моя группа сделала то же самое.

– Прекратите!

Эабха подняла руку, останавливая свой клан. Возможно, у нее не было магии, как у фейри, но мощь, исходящая от нее, оказалась очень заметной – качество, которое заставляло людей прислушиваться и следовать за ней.

Эш схватил Кек и потянул ее назад – нахмурившись, она зашипела на Лиама. На его губах появилась ухмылка, и Эш крепче ухватил Кек.

– Без нектара мы не уйдем. – Мимо меня прошел Уорик. Он расправил плечи, демонстрируя всем исходящую от него угрозу. – Несмотря ни на что, – повторил Уорик за матерью и скривил губы. Так много зависело от нектара, к тому же Киллиан держал в плену семью Уорика.

Роан держал люцернский молот недалеко от горла Уорика.

– Думаешь, я боюсь смерти? Я был там, но я оказался ей не нужен. – Уорик оттолкнул острое лезвие, как муху, чем взбудоражил весь ковен – все направили свое оружие на легенду.

– У нас проблема. – Эабха приподняла подбородок, посмотрев сначала на Уорика, затем на меня. – Как бы сильно я ни желала в те последние мгновения твоего рождения, чтобы у меня был шанс вырастить тебя, обнять… – Мне показалось, что я приметила проблеск намека на любовь в ее глазах, но все быстро исчезло, из-за чего я решила, что мне просто померещилось.

Тонкая нить, удерживающая наши группы от столкновения, истончалась, и мы собирались броситься друг на друга и наполнить воздух металлическим звоном. Каждая из сторон была уверена в своей правоте. Решительность и энергия витали в воздухе.