Кровавые Земли

Эти буквы, слово напоминало мне о семье, моем отце, уюте и о том времени, когда мы жили в безопасности и были счастливы.

Теперь Андрис был для меня опорой. Человеком, олицетворяющим те времена в моей жизни, когда отец еще был жив. И в глубине души темная часть меня понимала, что если бы на этой арене так же находились моя собственная мать или настоящий дядя Микель, то я знаю, кого бы спасла. Того, кто был частью моей семьи и жизни с самого детства. И осознание этого факта погрузило меня в еще большее уныние.

Нередко возникают ситуации, когда человек добирается до точки невозврата, но не помнит, как он это сделал: рассудок мутится, переставая следить за временем. Именно так я себя чувствовала. Ничто не казалось реальным.

– Drаgаm? – Он снова заговорил со мной, и я подняла голову, чтобы посмотреть на него, как вдруг поняла, что Андрис даже не раскрыл рта. Он смотрел на меня с расстояния в несколько ярдов.

Я заставила себя поверить, что все мгновения с Уорвиком происходили лишь в моем воображении, что я так сильно нуждалась в нашей связи, что слышала его голос в голове, а не Андриса.

«Этого не может быть». Мое сердце обливалось кровью, а горе клокотало в груди так неистово, что перед глазами все потемнело. Я не могла дышать, рыдания подступали к горлу.

Словно издалека я слышала голос Иштвана, дяди, даже свои безумные вопли, похожие на завывания раненого зверя, но ничто не могло пробиться сквозь мое отчаяние.

– Ковач. – Только его голос прорвался через барьер и вернул меня в реальность.

 – Брекс, посмотри на меня. – Я почувствовала, как он рукой коснулся моего подбородка и приподнял голову. Свирепость в глазах Уорика заставила меня вернуться на землю, а его прикосновение принесло спокойствие. Его тяжелый взгляд помог мне восстановить связь с миром.

При виде призрачной фигуры Уорика у меня перехватило дыхание. Его силуэт был уже не таким четким, как раньше, но теперь я точно знала, что он реален. Магия возвращалась.

– Используй мою силу, – прорычал он.

 – Сделай все возможное, чтобы пережить это. Физически и морально. – Мое сердце бешено стучало в груди, и я чувствовала, как он проводит рукой по моей коже. – Не позволяй Маркосу сломить тебя.

– Брексли. – Крик Андриса прорвался сквозь голос Уорика, видение исчезло, и я перевела взгляд на дядю. Он упал на колени рядом со мной, и мы оба проигнорировали всплеск негодования со стороны толпы и Иштвана. Лишь горстка заключенных была на нашей стороне.