Жить в мире глухих

Разве надежда не делает всё только хуже?

– Ехать с багетом в руке намного труднее, чем я думал, – решил я, и остановился посреди парка, дабы продолжить трапезу в более удобной позиции.

Несмотря на то, что вечер был ранним, парк был почти пуст. Возможно, кто-то еще на работе, а, может, я единственный не взглянул на прогноз погоды, в котором говорилось, что уже через секунду засверкают молнии. В тот момент лишние домыслы меня не сильно интересовали, поскольку я спешил к свободной лавочке, которая располагалась рядом с самыми восхитительно пахнущими цветами во всей округе.

У вас тоже бывают моменты, когда ты начинаешь верить, что счастье в мелочах? Хрустящий от свежести, а не от того, что мама забыла его выбросить неделю назад, багет, лёгкий солнечный свет, окутывающий природу и вдыхающий в неё новую жизнь, аромат цветов, название которых я всё никак не могу запомнить. Я действительно как будто понял все тайны человечества именно в это мгновение.

Но багет, как и всё хорошее, рано или поздно заканчивается, это и подтолкнуло меня поторопиться и добраться, наконец, до реки.

Пара рывков и я уже на светофоре. Машин намного больше, чем обычно, но ничто не способно отделить меня от триумфального глотка речного воздуха и возвращения домой с такой ухмылкой, будто мое имя решили выгравировать на аллее славы.

Я уже представил, как Опра берет у меня интервью и просит поделиться секретом того, как оторвать зад от дивана и совершить двухчасовую поездку на велосипеде.

Так много может произойти, пока ждешь окончание красного на светофоре.

Пара секунд способна вместить столько эмоций: безмятежность, радость, стыд, горе. Я повернул голову налево и понял, почему парк опустел. Машины скопились в одном месте, а между ними, как стая муравьев копошились прохожие. Наверное, не будь я глухим, сейчас я бы слышал самый громкий гул в своей жизни.

Толпа людей во главе с работниками скорой помощи слиплась в один большой сгусток, а лица их выражали грусть и тревогу.

Я не знаю от чего злился больше: от того, что она перебежала дорогу в двадцати футах от светофора; или от того, что я не слышу ничего, кроме своего идиотского внутреннего голоса; или от того, что ни один из врачей не говорит на языке жестов.