Я (не) твоя

Думаю, она будет стараться.

– Я… Я не знаю, Владислав Сергеевич. Я ведь… Она…

– Что? – я приподнял бровь.

– Просто это… Как бы…

Я встал из-за стола, давая понять, что разговор окончен.

– Давай утром все обсудим, – предложи я, полагая, что сам протрезвею после сна.

То, что Дима не послал меня к черту сразу – плохо. То, что я не перевел все в шутку – еще хуже.

Саша показал нам комнаты, и все разошлись спать. Очень скоро я услышал из соседней спальни характерные шлепки и стоны. Жуков трахал свою подружку как будто завтра конец света.

И чем громче она стонала, тем сильнее я злился. Иррационально и нелогично. Мне было обидно за ту милую блондиночку, что осталась одна в ипотечной квартире, которую проиграл ее неверный муж. Я не был поборником нравственности, никогда не лез судить и рядить, но сейчас просто не мог удержаться от негатива. Меня раздражал Дмитрий Жуков, просто выводила из себя его легкомысленное отношение к деньгам и жене. Я отчаянно хотел наказать его, преподать урок. Во всех смыслах.

Любовнички затихли ближе к утру, и я смог на пару часов забыться обморочным сном. Встал в восемь. Странно, что не в шесть по привычке. Хотелось пойти в зал или хотя бы пробежаться, но у меня были дела важнее. Я набрал знакомого нотариуса, растолкал Жукова, и мы поехали заверять расписку. После печатей и подписей заскочили в кофейню. Горячий эспрессо придал немного бодрости, но мозги мои все еще не отказались от бредовой идеи.

– Я так и не понял, Владислав Сергеевич, что за предложение вы озвучили вчера?

То, что Дима сам об этом напомнил значило, что он согласен на все мои условия.

Интересно. И все еще противно. Я понимаю, деньги проиграны не маленькие, но отдать свою женщину.

– Давай так, Жуков. Я уезжаю с твоей женой на неделю в Лондон. Она исполняет все, что я велю и без кривляний. Это покрывает твой долг за покер.

– Все, что вы велите?

–Да. Ей придется изображать мою невесту, кроме основной работы.

– То есть..?

– То есть я могу целовать ее, обнимать, в общем создавать видимость отношений.

– Видимость?

– Ага. – Меня несло. – Что ты так смотришь, Дима? Насиловать я ее не собираюсь, но…

– Но…?

– Но если она согласится со мной переспать, я не только забуду о твоем долге, но и погашу ипотеку целиком. Идет?

Жуков сглотнул и оттянул ворот рубашки, хотя она верхние пуговицы были и так расстегнуты.

– Зачем вам это?

– Она мне понравилась.

Он снова потерял дар речи и моргал, не говоря ни слова.