Двойная ошибка

Не боитесь, что она пожалуется своим, и они вас на шашлык пустят?

Уж я-то на собственной шкуре испытал, как они за женщин вступаются…

– Ой, да кому она пожалуется? Может, ещё когда она с Рафиком мутила…

– Вроде как она была его второй женой, а не просто мутила, – перебивает Макс.

– Кто такой Рафик? – они явно говорят о нём, как о всем известной местной достопримечательности.

– Он был у нас на рынке королём апельсинов. Держал всю торговлю фруктами. Вообще, нормальный мужик был, не обвешивал, всегда давал выбрать.

– И куда он делся?

– Свалил, – Веня снова включается в разговор. – На него кто-то наехал: то ли бизнес отжать пытались, то ли у властей какие-то претензии возникли. Так, сплетни только ходили. Видать, крепко прижали, потому что умотал он на родину, аж пятки сверкали. Дом его по доверенности, говорят, Ахмет продавал. А певичку эту он с собой не взял, она же не по документам его женой была. Как он мог её за границу вывезти? У них вторая жена – это что-то вроде легальной любовницы по-нашему.

Вторая жена? Принцесса Айлин? Поверить в такое невозможно. Как она докатилась до этого? И, главное, зачем? Интересно, отец отдал её этому Рафику, узнав о нас? Не удивлюсь, ведь, по словам Тагира, первой женой её после меня никто не взял бы.

– Ой, была бы она ему сильно нужна, тому же Ахмету поручил бы о ней позаботиться. Или потом вернулся бы за ней. Сколько его нет? Уже года три?

– Да, где-то так.

Полученная информация никак не укладывается в голове. Как Айлин выжила при взрыве? Почему её посчитали умершей? Откуда взялся Рафик, и какое он имеет отношение к той истории? И главное – почему за десять лет, прошедших с того страшного лета, она ни разу не дала о себе знать? Я же ради неё на всё был готов! Как могла так легко вычеркнуть меня из своей памяти? Она ведь меня любила, в этом сомнений нет.

Если бы я хоть предположить мог, что она жива, я нашёл бы её, где бы она ни была. Но я был уверен, что её больше нет! У меня к ней столько вопросов…

Но она ли это? Что я знаю о женщине, сидящей в её теле? Когда-то в нём жила моя Айлин – чистая, скромная, неприступная, искренняя. Она клялась мне в вечной любви и обещала, что ни один мужчина никогда не прикоснётся к ней, кроме меня.