Все его желания

– Отвечай, когда я спрашиваю.

Он легонько шлепнул меня по груди. Я вскрикнула скорее от неожиданности, чем от боли.

– Ответь, Кэти. Я омерзителен? Все еще?

– Да, – выдохнула я, решив не злить его сильнее того, что уже было.

Бархат его голоса меня не успокоил. Торнтон уж точно придумал какую-то гадость. Уверена, минет покажется мне сказкой.

– Хорошо.

Бенингтон убрал руки. Неужели помиловал?

– Сделай это сама. Расслабься и получи удовольствие.

– Я смогу расслабиться, только если ты выйдешь.

Торнтон мрачно рассмеялся и помотал головой.

– Я живу здесь, Морковка. Куда мне идти? И я с тобой еще не закончил. Ну же, Кэти. – Он положил мои руки мне на грудь. – Погладь, сожми…

– Пожалуйста, Бенингтон, – взмолилась я, отчаянно жалея, что не нашла в себе лицемерия для извинений, которые избавили бы меня от этих порноигр.

– Все мои желания, Кэти. Все! Иначе…

– Иначе что? – выпалила я с вызовом.

– Тебе лучше не знать. Не сейчас. Делай, что говорю. Если мне все понравится, я буду добрым.

Бенингтон снова смотрел на меня, гипнотизируя синевой глаз. Я, как завороженная, стала гладить себя.

– Можешь прикрыть глаза, – позволил Торнтон и даже провел пальцами по моему лицу.

Я встретила этот приказ с радостью. Смотреть на него не было больше сил. Правда, напрягло, что Торнтон уперся коленом в диван между моих ног, наклонившись слишком близко. Я слышала стук его сердца и прерывистое дыхание, снова ощущала запах. А потом он коснулся моих губ пальцем.

Охнув от неожиданности, я услышала его издевательский смех.

– Тихо, Кэти. Это всего лишь мой палец. Ты же не станешь блевать и давиться из-за него. Расслабься уже.

Даже с закрытыми глазами я видела его самодовольную физиономию. Лучше бы он и правда трахнул мой рот, заставляя давиться и захлебываться слюной.

Эти пытки были невыносимыми. Невыносимо сладкими и томно-болезненными.

Бенингтон сначала водил пальцем по моим губам почти невесомо, едва касаясь, пока я не услышала тихий приказ:

– Лизни его, малыш.

Я приоткрыла рот и коснулась языком подушечки.

– Еще, по кругу, – велел Торнтон. – Сделай его влажным.

Когда я оставила на его пальце достаточного слюны, Бенингтон снова стал обводить контур моих губ, а потом протолкнул палец мне в рот.

– Пососи, Кэти.

Все это время я продолжала трогать свою грудь, погружаясь в какой-то транс. Возбуждение подогревало кровь и заставляло ерзать.