Невинность в подарок

В этот раз он тоже дал маху, но я не стал мешать вам. Тебе. Ты ведь наслаждалась?

Он все-таки вынудил меня сказать это.

– Я кончила, Ал. Разве можно испытать оргазм, не наслаждаясь до него?

От возмущения я даже вскочила с его колен и пересела на диван, который стоял чуть в стороне от столовой зоны. Ал не обиделся. Он подхватил наши бокалы, вазу с фруктами и поставил все на тумбу рядом. Я вцепилась в свой бокал, как в спасительный круг посреди моря, сделала жадный глоток и с удовольствием ощутила, как холодное шампанское остужает мой пыл.

Вся эта ситуация была такой непонятной. Я бы с удовольствием удрала, чтобы не думать и не продолжать, но у меня не было такого права. Мой дурацкий разум требовал объяснений, и я продолжила задавать вопросы. Это ведь важно. Вдруг от ответов зависит мое благополучие? За те несколько минут, что я провела с Эмом, стало ясно, что он порывист и импульсивен. Лучше мне узнать о нем больше.

– Почему он ушел, Ал? Серьёзно. Скажи мне.

– Возможно, чтобы не поиметь тебя прямо на столе, – предположил он, присаживаясь рядом.

Ал оторвал виноградину и положил мне в рот. Он вообще заботился о моем питании. Наверно, не хотел, чтобы я упала в голодный обморок посреди веселья. Забросив мои ноги на диван, Ал стал поглаживать их и продолжал меня подкармливать, охотно и подробно отвечал на вопросы.

– Были случаи со столом?

– Нет, со столом не было. При мне во всяком случае, но Эм часто срывается.

– Почему?

– Не хватает терпения. Он привык получать то, что хочет.

– Поэтому ты начальник прелюдии?

– Что-то вроде того.

Он улыбнулся и подвинулся ко мне ближе, слизнув с уголка моего рта сок апельсина. Он сам меня им и испачкал перед этим. Чертов искуситель. Я почти забыла про Эма, отвечая на поцелуй, который последовал за нежными поддразниваниями.

– Ты еще слишком чувствительная здесь, да? – спросил Ал, отвлекаясь на секунду.

Он провел рукой по внутренней стороне моего бедра и коснулся пальцем клитора. Я вздрогнула, отвечая на его вопрос без слов.

– Да, ты кончила, кроха. Еще влажная, горячая. Это хорошо. Я не сделаю больно. Не зажимайся.

Я откинулась назад, запрокинула голову. Ал опустил вниз бретели сорочки, снова обнажая мою грудь.

– И соски пока лучше не трогать. Я только посмотрю, ладно? – пел он сладко и порочно, заставляя меня сновать и желать больше.

Почему он не будет трогать? Кажется, я бы хотела. Попросить у меня, конечно, не хватило смелости.