Дом Солнц

В самых ранних своих воспоминаниях я маленькая девочка, живущая в огромном страшном доме. Дело было в тридцать первом веке на планете Золотой Час.

– Ты прожил долгую жизнь, дольше многих разумных существ, включая Предтеч.

– Мне очень-очень повезло. Повезло родиться в Линии Горечавки. Повезло прожить столько лет, практически их не почувствовав.

– Разве долго жить – это плохо?

– Я не об этом. Мозг у меня почти такой же, как у древних людей в их бытность охотниками-собирателями. Усовершенствовали его лишь для обработки воспоминаний и приема нитей – сообщений других шаттерлингов.

– Ты сойдешь с ума.

– Ну, помощь специалиста точно понадобится.

– Тебя наверняка интересует, как справляемся мы. Кураторы славятся долголетием. В отличие от вас и поздних краебежцев мы не сжимаем время, чтобы века протекали быстрее.

– Видимо, вам и так неплохо.

– Ты уверен?

– Само существование Вигильности доказывает, что сложности гипердолголетия вы преодолели.

– Кому нужна недолговечная Вигильность? Долгую службу мы несем в полном одиночестве, впрочем с самого начала понимая: потребуется терпение и готовность к долгим наблюдениям.

– Вы – ровесник Вигильности?

– В этом случае, шаттерлинг, мне было бы пять с лишним миллионов лет.

– Мне почти шесть.

– На самом деле нет. Родился ты давно, но по-настоящему прожил лишь пару десятков тысячелетий.

– Какое меткое сравнение!

– Ровеснику Вигильности пришлось бы пропустить все эти годы через себя. Я стал бы древнейшим организмом в галактике.

– Разве это не так?

– Я не старейший куратор и до сих пор расту. Все кураторы растут. На заре своей цивилизации мы нашли рецепт биологического бессмертия. Постоянный рост – необходимое условие. Существуют другие способы, но мы остановились на этом.

– Есть кураторы крупнее вас?

– Разумеется, только ты их не увидишь. Они живут в самых больших узлах с самыми важными ядрами, но из-за размера не могут двигаться. У них головы с этот отсек, а невероятная мудрость сопряжена с такой же невероятной медлительностью. Здесь ничего не поделаешь: синаптический путь у них в сотни метров и элементарная мысль формулируется по нескольку минут. Общаться с ними немного… утомительно. Думаю, ты меня понимаешь.