Дорогой скорби: «Долиною смертной тени»

Учитель понял его без слов и протянул оружие – простое цельное оружие с метровым клинком и длинной рукояткой. За три десятка дней пребывания тут, парень вновь сомкнул пальцы на оружии, помесь радости или обратного чувства прокралось в душу парня.

Он аккуратно отталкивает дверь и свет заполнил келью, а вместо куска дерева теперь образ монастырского двора, в котором беснуется какая-то тень. Азариэль присел, скрылся под сенью крыши, выжидая явления противника, чтобы оценить его, узнать, готов ли он для встречи с этим врагом.

Двое вышли из посещения и узрели, как над их домом летает странное существо. Сейчас оно со всей силы ударило по стене центрального храма, пытаясь прорваться внутрь, но его словно Кто-то туда не пускал. Дрожь охватила молодого эльфа, когда он увидел, как синее вытянутое тело, покрытое лёгкими чёрными одеждами, удерживаемое двумя огромными перистыми крылами, вьётся над их головами. Его шесть пальцев на четырёх конечностях увенчаны златистыми когтями, а на месте морды виднеется клюв.

Варкут’нель-Гайн вышел вперёд, оттягивая внимание на себя, и давая Азариэлю преимущество скрытности и неожиданности. Он вышел практически на самую середину двора, приблизившись ко входу в храм.

– Кто ты и что ты?! Что сюда тебя привело?! – прокричал вопросы ввысь мужчина и тварь спикировала едва ли не на него. Все одежды человека подхватились и задрожали от того, что существо ростом в два метра и размахом крыльев в три с половиной резко приземлилось рядом с ним, впившись когтями ног в траву.

– Ах, – клюв выдал шипение, скомканный гнев и клокочущее безумие существа, своей рукой, запястья которой скованны золотыми браслетами, он простёр над головой служителя монастыря. – Ты же здесь тут всем управляешь? Ты же тот, кто воскуривает жертвы ничтожному божеству?

Голос твари неимоверно искажён, двояк и трясуч, словно речь течёт не из этого мира, она потусторонна, изменена.

– Я – служитель Единого, призванный Им.

– Бха! – усмехнулось существо, касаясь лица и клюв тут же спал с его морды, вместе с золотом, которое облепило щёки – динамическая маска была убрана и предстало на свет прекрасное лицо, синий покров с кожи развеялся, уступив место более светлому окрасу. – Ваши священники уничтожены и рассеяны, некому служить, некому нести проповедь, а ты тут, в одиночестве, пытаешься что-то сделать.