Байки последнего лета

Ща ещё по сотке, потом Юльку за мягкое место ухвати и посмотри, не прояснится ли чего,

– договорив, Лёня залился таким заразительным смехом, что Семён поперхнулся ватрушкой, а откашлявшись, тоже рассмеялся.

Девчонки в сопровождении изрядно косого Трохара, катящего рядом с собой велосипед, нарисовались незаметно, поскольку магнитофон, подключённый к аккумулятору, лежащему в коляске, на приличной громкости заполнял тишину монотонным голосом Цоя, а друзья увлечённо беседовали и ничего не слышали.

– Трохар, ты чего такой бухой? – возмутился Лёня, перекрикивая Цоя.

– Убавь, Лёнь, ща расскажу, – весело попросил Трохар. За весну он успел загореть так, что его лицо сливалось с сумерками.

– Сейчас сама закончится, последняя песня на кассете, – не успел Лёня договорить, как музыка оборвалась, а через несколько секунд шипения магнитофон щёлкнул кнопкой Play.

– Чего такие тихие? – удивлённо обратился Семён к девчонкам, молча стоявшим у костра всё это время.

– Потому что Трохар вылакал большую часть их коктейля, – смеясь, догадался Лёня, и отодвинулся от костра так, что огонь осветил Трохара. Тот подпёр подбородок кулаками и погрустнел лицом.

– Ну вот. Испортил историю. Концовку рассказал, – пробубнил он. Лёня с Семёном рассмеялись, а девчонки недовольно подтвердили Лёнино предположение.

– Исправим, – успокоил их Лёня и подошёл к коляске мотоцикла, откуда извлёк бутылку и стаканчики.

– О… Другое дело, – довольно крякнул Трохар.

– Ты уже окислился, сиди давай, – осадил его Лёня, который казался совершенно трезвым, несмотря на выпитое.

– Нам соком разбавить надо, – попросила Юля, которую все звали Сорокой.

– Запивки мало, пейте так, – отрезал Лёня, разливая. Юля подошла к столу и взяла один из стаканов, на что её подруга, Юля Барашкина, негромко кинула:

– Дура, что ли, чистую пить?

– А что делать? Я замёрзла, – выдохнула Сорока, сделала небольшой глоток и поморщилась.

– Замёрзла она, ну-ну.

– Лёнь, мы с Лядин пёрлись, а потом из вашей деревни в лес. Я уже задолбалась. И все ноги мокрые, – попробовала оправдаться Сорока.

– Так и не пёрлась бы, в чём проблема? – съехидничал Лёня и протянул двум другим Юлям по стаканчику. Барашкина покачала головой и отказалась, а вот ещё одна Юля, такая же высокая, но чуть более пышная, чем Сорока, стаканчик забрала и подошла к столу.