Под ласковым солнцем: Империя камня и веры

 – Кто и вы и откуда?

Несмотря на очередь, столпившуюся позади мужчины, все готовы часами стоять и не пикнуть, лишь бы соблюсти порядок, иначе кара за «Нарушение священного порядка в местах сосредоточения власти» настигнет моментально.

– Я Исайя Роними из Иллирии.

– А это кто? – согнутым, как тетрадка, планшетом указал боец на молодого паренька, который стоит позади мужчины и пробивается вперёд.

– Я его помощник, – молвит парень, но охранник не обращает на молодого человека никакого внимания.

– Вот его Удостоверяющий Лист, – протянул в дрожащей ладони Исайя двое сложенную бумажку.

– Хорошо, проходите дальше, посмотрев документ, небрежно выговорил солдат.

Два человека продолжили путь, идя по мраморному полу, в котором можно увидеть собственное отражение, так как он наполирован до состояния зеркала. Постукивая каблуками, разнося эхо по исполинской колоссальной зале, Исайя дошёл до следующего проверочного пункта, на котором уже не воины, а скорее монахи в серых тяжёлых рясах и сандалиях.

– Интересно, а нас на оружие будут проверять? – прозвучал вопрос от светловолосого паренька с водянистыми карими глазами. – Или избыточное содержание металла.

– Что ж, если мы прошли до «Идейного Контроля Благости и Ума» то ты уже чист, – водя строгим взором по холодным серым стенам взором бурых глаз, ответил Исайя и ощутил некоторое непонимание со стороны помощника. – Суть в том, что по всему прилежащему району спрятаны «сканумы».

– Это…

– Да, маленькие устройства, сканирующие нас на наличие оружия.

– А почему…

– Гвардия Капитолия уже прочипирована таким образом, чтобы «сканумы» на них внимания не обращали. А теперь приготовься.

На несколько сот метров растянулись столики, и плетёные рамки из стали у которых стоят десятки и десятки мужчин и женщин в пропитанных потом одеждах, напоминая чем-то монахов аскетов. Но это всего лишь служащие Культа Государства, поставленные, чтобы удостовериться в идейной чистоте работников парламента.

– Именем Рейха, стойте, – потребовала старая почти полностью сгорбленная женщина, с копной седых волос и морщинистым лицом, укутавшись в серые полотна ткани, как в одеяло.

Помощник и Исайя разошлись в разные стороны – по разным столам, чтобы не скапливать народ в единой очереди. Парламентёр не испытывает волнений, ибо такую процедуру проходит незнамо какой раз, а вот молодой паренёк готов покрыться холодным потом – его колени подкашиваются, и вязнет язык.