Цена любви

– Николай, открывай! Что за дела?

– Кир Олегыч, давай завтра, а? – послышался из-за двери глухой голос.

Он мне так и не открыл. Что происходит? Сговорились меня с ума свести?

– Срочно, Коль. Стал бы я ломиться к тебе среди ночи из-за глупости?

– Нууу… Не знаю. А если представить, что меня тут нет?

Я запыхтел, чувствуя, как воздух в ноздрях превращается в дым. Он не откроет, пока я не скажу правду.

– Дарина вернулась. Ты мне нужен.

Молчание с минуту, а потом щелкнул замок. Коля открыл дверь. В одних трусах, взъерошенный, какой-то растерянный.

– Ладно, заходи, – буркнул он и пошлепал босыми ногами на кухню.

Я разулся и тут же увидел на полке для обуви босоножки на шпильке. Воу…

Подняв голову, я тут же увидел и хозяйку изящной обуви. Из спальни, в одной Колиной рубашке вышла Лиза.

– Привет, – брякнул я.

– Привет, – ответила она и быстренько пробежала передо мной в кухню.

– Кир, стоять у двери будешь или поговорим сидя? – гаркнул Коля, выводя меня из ступора.

Я прошел в дом.

Лиза суетливо прибирала стол, собирая грязные вилки, фантики от конфет, прихватила полупустую бутылку шампанского, но Коля не отдал, а разлил остатки по бокалам. Коробка с половиной пиццы тоже осталась на столе.

Я упал на табуретку напротив него, вытащил из коробки кусок, откусил. Оказывается, я голодный. Как всегда, после секса.

– Кушай, не стесняйся, – съязвил Коля. – Выпить не предлагаю.

– Да, не утруждайся, – отвечал я тоже с сарказмом. – Миленько вы тут устроились.

– Мы обязаны были отчитаться? – вклинилась Лиза с вызовом. – Попросить благословения? Или ты хотел свечку подержать?

Я поднял руки, сдаваясь.

– Нет, Лиз. Просто неожиданно. Признаться, я как-то даже…

– Что? – приподнял бровь Николай, усаживая мою помощницу на колено и дергая рубаху, чтобы прикрыть ее ноги. – Ревнуешь, Кир Олегыч?

– Я рад за вас, Коль. Просто привык думать, что вы оба асексуальные личности.

– Угу, только тебе трахаться можно Салманов, – фыркнула на это Лиза.

– Ему нельзя.

Лизка сначала хмыкнула, приняв это за шутку, но оценив мой бычий взгляд, распахнула глаза в удивлении.

– Как это? – спросила она.

– Никак. Напомни больше никогда ничего тебе не рассказывать, – процедил я Николаю. – Вообще не обо мне речь. Почему Дарина в Москве, и я узнаю об это по факту, в клубе, едва ли не споткнувшись об нее?

– Возможно потому что ты сам просил не следить за ней. Мы даже имя ее не знаем.