Во имя порядка. Кузница судеб

Маттоми мгновенно преодолел оторопение и высек на груди стражника глубокую просеку кровавого цвета – простой меч рассёк с лёгкостью табард под которым лишь рубаха. Вторым движением он блокировал выпад врага и отпихнул его в смертельные объятия ватира. Нисходящий удар столкнулся с дубинкой врага. Отступив, Маттоми перевёл движение в тычковый удар навршием, выбившим дух. Только он собирался продолжить бой, как противник захрипел и опустил оружие. Секундой позже он увидел, как Фариам пронзила кинжалом стражника.

– А ты не промах, – подметил парень.

– Нет у меня сил на неё, – отмахнулась девушка.

Путь привёл их за пределы камер, где содержали заключённых. В широком коридоре, выложенным из чреды полированных камней, они оказались бы как на лицо, а поэтому Маттоми вместе со спутниками быстро нашёл лестницу и взобравшись, оказался на верхних балках, проведённых под куполообразным потолком. Осмотревшись, он нашёл удивительную пустоту вокруг и тут же дал сигнал:

– Идите.

Маттоми предположил, что по виду этот переход напоминает комнату для публичных выступлений, расположенный между разными секциями тюрьмы… либо как место, где численность стражи в случае бунта может сыграть роль.

Спустя пять минут скрытного продвижения в тёмных холодных залах они прорвались в отдельную комнатку, прикрытую деревянной дверцей. Сила удара ватира превратила её в кучу щепок, разлетевшихся подобно фонтану. Маттоми приготовился сойтись с врагом, но вновь никого не встретил… предчувствие его не подвело, и он даже не особо рассчитывал, что за прибитой табличкой «Не входить.

– Фу! – выкрикнула девушка, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь. – Зачем ты нас сюда привёл?

Маттоми не стал говорить о том, что впереди он слышал звук, отдалённо напоминающие звук бряцанья стали о камень в такт шагов.

Взору открылась леденящую кровь картина – неровными рядами расставлены деревянный столы, под которыми не меньше лужи смердящей крови. На них валяются тела, прикрытые длинными кусками окровавленной ткани, от которых исторгаются потоки непереносимого зловония. Тут и там возле столов раскиданы инструменты филигранной хирургической работы – скальпели, бинты, иглы и нити.