Во имя порядка. Кузница судеб

– Прости-прости, я не знала, что для тебя это личное, – извинительно сказала Фариам.

– Нужно выбираться отсюда – это точно, – утвердился в мысли Маттоми. – Если мы этого не сделаем, то через пару дней нас точно скормят монстрам Фогвилля.

– Начальник тюрьмы – опасный сподвижник властителя Железного Королевства. Если ты думаешь, что сможешь так просто выбраться, то ты явно – идиот, – аэтерна ухмыльнулась. – Голодный и холодный ты думаешь преодолеть стражу темницы? Ты либо герой, либо глупец. Но скорее всего ты просто глупый герой или герой глупостей.

– Ты слишком много знаешь о нашей стране. Но да ладно…

Маттоми прильнул к прутьям клетки. Его пальцы ощутили холод решётки, шероховатость ржавчины, множество сколов и потёртостей. Отойдя в сторону, он приметил замок.

– Весьма надёжный, – прошептал мужчина, трогая скважину.

Отчаяние ещё сильнее отравило сердце мужчины, ибо действительно шансов выйти у него слишком мало. Оглядевшись в поиске сподручных средств, он не нашёл ничего кроме камней и пары черепков разбитой посуды.

«Сена, камни, посуда… ничего такого, чтобы могло помочь нам», – осознал Маттоми, потерев ладони.

Голод напомнил о себе очередным урчанием, жажда сжала сухостью горло, а дух практически пал от понимания того, что им тут придётся сидеть до перегона на рабские поля.

– Я же говорила, – подлила масла в огонь горя аэтерна.

Только Маттоми собирался сесть обратно на ложе, как из глубины тёмного коридора раздался звук шарканья, которые охотник чётко распознал как шаги. Пара секунд и в проходе появились жестокосердные хозяева этих мест – пара стражников темницы. Парень присмотрелся и увидел чёрный табард с изображением головы ворона на фоне короны и шести шипов, укутавший кольчугу. Лица скрыта за масками, а головы защищены шлемами, на поясе простой меч из железа и дубинка.

Они прильнули к какой-то камере, что неподалёку, готовясь её открыть. Громкий звон металла стал звуком освобождения – в руках промелькнула связка ключей. При виде пути к освобождению внутри Маттоми всё закипело – он не знал, что делать. От изнеможения он предпринял первое, что пришло ему в голову:

– Эй, милсдари, обратите на меня внимание!

Ответом стала досадная тишина, которая ещё сильнее разожгла внутри него пламя желания обратить на себя внимание.