Дорогой скорби: крушение Ордена

– Лира, – задорно обратилась Аквила. – Что ты в стороне всё молчишь да молчишь.

И в действительности. Азариэлю даже неловко стало от того, что девушка, с которой он сдружился за последние годы, стоит где-то в стороне, как чужая.

– Вам и без меня хорошо. Да и мне, боюсь, не о чем с вами говорить. Я же… некромантка.

– Да ладно тебе будет! – повернулся в сторону Лиры, Азариэль. – Иди к нам. Расскажи про что-нибудь.

– Раз ты просишь, – улыбнулась Лира и подошла к ребятам. – А что вам рассказывать?

– Я кстати дочитал ту книгу, которую ты мне дала?

– И как она тебе? – с волнением прозвучал вопрос, и Лира уставила взгляд прямо в глаза юноше.

– Чудесно. Очень хорошее описание ритуалов древних нордов.

– Я знала, что тебе понравится, – обрадовалась Лира. – Если захочешь, я помогу тебе достать ещё книг.

– Спасибо Лира, ты так добра.

С левой стороны послышался грузный шаг, шелест травы об металл. Азариэль понял, кто это идёт, а поэтому привстал, чтобы поприветствовать человека, полностью закованного в чёрную угловатую броню, с орнаментом серой астры на высоком горжете.

– Господин Туриил, – склонились ребята в почтении, – миссия выполнена. Кольцо наше.

– Чудесно, просто чудесно. Теперь вы хоть и ломаный септим стоите, но расслабляться рано, – в сухой манере принизил достижение неофитов Туриил и требовательно запросил. – Так ребятки, собрались! Мы отправляемся обратно, – и прежде чем Лира вознесла руки и сотворила заклинание телепортации, старый рыцарь сипло и слабо выдавил из себя каплю бездушный ностальгии.

Глава 8. Бремя тени долга

Цитадель Ордена. Следующий день. Ближе к вечеру. После занятий.

Палящее солнце постепенно уходит небосклона, уступая место прекрасной вечерней прохладе, что готовится ласково окутать Цитадель Ордена холодным покровом. В некоторых местах на небосводе даже проступали маленькие серебристые звёзды, ставшие вестниками скорой ночи. Ещё немного и серебристо-золотистый песок усеет тёмно-синее, сумрачно-фиолетовое небесное полотно богатой россыпью.

Воздух пропитался приятными ароматами цветов и благовоний, смешавшись с раскалённым амбре горячего металла из Горячих Кузней, но фантасмагории запахов практически никто не замечает, ибо нос столько раз сделал вдохов здешнего воздуха, что он стал обыденностью, незаметным атрибутом Цитадели. Ветра практически не ощущается, лишь лёгкое, эфемерное дуновение коснётся кожного покрова дланью слабой прохлады.