Дорогой скорби: крушение Ордена

– Ну, здравствуй Ахмат, – Азариэль крепко сжал смуглую руку высокого и жилистого редгарда, с отточенными чертами лика и глазами цвета ржавчины, на котором повис жилет из толстой ткани, рубаха и чёрные штаны, утянутые короткими сапогами.

– И тебя рад видеть, друг мой. – На худом лице, на тонких губах проступила тёплая улыбка. – Долго же ты сюда добирался!

– Ничего, добрался же!

Азариэль вспомнил, что этого человека встретил совсем недавно на одном из праздников, где им пришлось поучаствовать в кабачных картёжных игрищах, что и объединило их.

Ахмат отступил в сторону, давая юноше поздороваться с остальными.

– Приветствую, Готфрид! – Азариэль озорно ударил ладонью по предплечью, облачённому в ткань.

– Привет, – малословно ответил рукопожатием высокий и светловолосый нордлинг, который знал Азариэля ещё с детства, посматривая на эльфа взором ледяных глаз. – Ты как?

– Я в порядке.

Нордлинг, чьей первой родиной стал старый и могучий город Брума, а после переезда семьи Гринхарт, знаком с парнем очень давно. Однако лучше всего Азариэль с ним познакомился во время того, когда городская стража искала себе помощников в возможной обороне городка от сепаратистов. Капитан стражи зачастую проводил тренировки населения, и во время этих обучений двое юношей смогли друг друга лучше узнать.

– Тебя тоже рад здесь видеть! – доносится возглас от невысокого короткостриженого черноволосого парня, в серых бесцветных свободных одеждах, повязнувших мешком на человеке.

На этот раз поздоровался Азариэль с низкорослым имперецем, с простым овальным лицом, переселившийся в эти края с одной деревне в западном Сиродиле. Этого имперца зовут Тиберием. С ним юноша познакомился во время одного из культурных вечеров в их маленьком и неприметном городке.

– Ну, здоров. Как же приятно тебя встретить, – два товарища едва приобнялись и с хитрецой в тёмно-синих глазах Тиберий отступил, пропуская Азариэля.

Спустя пару секунд раздался приятный голос девушки:

– А вы, видимо, Азариэль?

Юноша обернулся, не зная, кто его окликнул, отчего сердце слабо дрогнуло. После мгновения он увидел, как из-за Готфрида чёрным обликом промелькнула высокая фигура. Азариэлю показалось странным, что на девушке чёрная ряса, подпоясанная кожаным ремнём.