Не надо меня обижать

Все же рабочий поцелуй, разительно отличается от того, когда к делу подходишь с желанием, с искоркой.

Незаметно я увлеклась, получая приятные ощущения от процесса, но при этом не забыла, что нас продолжают снимать. И чтобы сделать кадр более эффектным, разорвала поцелуй и приподняла голову вверх. Лем не растерялся, а начал ласкать языком мой подбородок, а потом и вовсе принялся покрывать поцелуями мою шею. А шея всегда была моим слабым местом. Мужчина смог отыскать те точки, от стимуляции которых по телу стала разливаться нега.

– О, да! – воскликнула я. – Еще!

Как бы не было мне хорошо, но о ведущейся съемке забывать не стоило.

– Стоп, хватит, – заорал Родригес, отчего я вздрогнула. Лем нехотя отстранился от меня.

– И сам не гам, и другому не дам, – еле слышно прошептал мужчина.

Я улыбнулась одними кончиками губ, догадавшись, что Лема проняло конкретно.

Что ж, мне тоже понравилось, в кои то веки я получала удовольствие от процесса.

– Так, птенчики мои, все здорово. Очень здорово. Но не по плану, – Родригес оказался рядом, принявшись вышагивать из стороны в сторону. – Заказчик у нас привередливый, ему надо строго по сценарию. А что сделали вы? Я, спрашиваю? Вы – заигрались во взрослые игры. Так нельзя.

– Но ведь здорово. Меня самого пробрало, до самых печенок, – это подал голос оператор.

– Ты, вообще, заткнись, – рыкнул Родригес. – Тебя никто не спрашивает. Твое дело в окуляр смотреть, – наш Наполеон разошелся не на шутку.

– Молчу я. Молчу, – бедного оператора аж перекосило. Он не ожидал такой бурной реакции на свои слова.

– Александр, – обратилась к режиссеру. – Ты скажи как надо. А лучше покажи.

Ругань я не любила, и по возможности желала ее избежать.

– Что ты не знаешь как? Маленькая что ли? Или тебе надоело работать? Забыла как это делается? – чем больше беленился Родригес, тем выше поднимались от изумления мои брови.

– Здрасьте, приехали, – вырвалось у меня.

– У вас по сценарию разговор и появление в кадре третьего. А вы что тут делали? – Родригес как будто не слышал меня и мою угрозу. – Быстро повторяйте сцену.

Режиссер потрусил к своему месту.

Мы с Лемом переглянулись.

Придется все начинать сначала. Хочется нам или нет, это никого не волнует.

– Он кончил, – шепнул мне Лем. – У него брюки мокрые.