Зима в Голливуде. Современный американский роман

Взяв у женщины ручку и меню со стола, Мэл начала подписывать его спереди, спросив у мужчины:

– Как вас зовут, сэр?

Он улыбнулся и ответил:

– Джордж.

Мэл взглянула на меня через столик, улыбнулась одними губами и написала: «Моим хорошим друзьям Джорджу и Труде Уильямс. Поздравляю с 35-летним юбилеем супружества и желаю счастливого продолжения. Имельда Лондон».

Потом она протянула им листок, который взяла у женщины, и попросила их написать на нем свои имена.

Когда они сделали это, она забрала у них листок, сложила его, положила в свою сумочку и отдала им меню.

– Да-да, конечно, – сказала Труди и, добавив, – спасибо и до свидания, мисс Лондон, – она кивнула и мне.

– До свидания, Труди, – ответила Мэл. Как только супруги отошли, она шепнула Реми:

– Запишите их счет на меня, а также попросите Рауля позвонить в Royale и перевести их в самый лучший номер, а мне прислать счет за все их там пребывание.

– Да, мисс Лондон, – ответил Реми и налил ей и мне по рюмке вина. Но прежде, чем он отошел, Мэл добавила: – Реми, сегодня я хочу шампанского. Я чувствую себя так, как будто отмечаю новую дружбу.

– Да, мисс Лондон. А это забрать? – спросил он, начиная вновь закупоривать бутылку.

– Нет, это просто оставьте на тот случай, если у нас пересохнет в горле, – распорядилась она.

Реми засмеялся:

– Да, мисс Лондон.

Она достала сигарету из своей сумочки, а я полез в карман за спичками, чтобы дать ей прикурить, потом взял одну для себя из серебряного портсигара, который она мне протянула.

– Очень щедрый подарок ты им сделала, Мэл. Никогда не думал, что ты можешь вести себя так просто.

Она сидела, облокотившись о столик и положив подбородок на ладони.

– Просто я рисуюсь перед тобой, – сказала она. – Мне хочется, чтобы ты считал меня хорошим человеком. В противном случае наша дружба вряд сможет продлиться долго, потому что я не думаю, что ты хорошо относишься к плохим людям.

– Почему ты так считаешь? – заинтригованный спросил я.

– Когда ты работал в конюшне… Я немного слышала о том подарке, который ты оставил в сапогах Себастьяна Бенуа. Я также слышала, почему ты это сделал. Это и заставляет меня думать, что ты не очень любишь таких жестоких людей.

– Но он был один такой, встретившийся мне на студии «Брейвхарт».