Фрейя. Ведущая волков

Отрешенно подумала о том, что он, вероятно, ждет ответа, но Николас просто наблюдал за мной. Я услышала смешок, и почему-то от этого обстановка стала чуть менее угнетающей.

Он вернулся к кровати. Я судорожно вцепилась здоровой рукой в мех. Краем глаза заметила свечение раскаленного клинка, отчего страх накатил с новой силой.

– Постарайся немного расслабиться. Так будет легче.

Николас оперся коленом о кушетку, склонившись надо мной, и убрал со спины влажные от пота волосы. Положил руку на плечо, чтобы удержать меня на месте, стараясь не задеть поврежденную кожу.

Я почувствовала жар прямо у раны и сильно закусила рукоять ножа.

– На счет три, хорошо? – Я кивнула, и он начал быстро считать: – Один. Два.

Я готовилась услышать «три», но тут он резко приложил пламя к коже.

Из меня вырвался нечеловеческий вопль, когда плечо пронзила чудовищная боль. Спина выгнулась дугой, костяшки пальцев побелели от того, насколько сильно я сжала покрывало, а в нос ударил жуткий запах паленой плоти.

Я хрипло кричала сквозь зубы, пока Николас держал клинок, прикладывая его ко всем участкам раны. Боль от ударов кнута, от стрелы, попавшей в тело, казалась ничем по сравнению с этой. Я мечтала потерять сознание, как прежде, но этого не происходило. Темнота подступала и снова рассеивалась, будто издеваясь надо мной.

– Осталось немного, потерпи, – едва разобрала я тихие, полные сочувствия слова Ника.

Мгновение, два, и все закончилось. Я не сразу поняла это, потому что ожог продолжал пульсировать.

Я выплюнула нож, который со звоном упал на пол, и зарылась лицом в мех, дрожа всем телом и приглушенно всхлипывая.

Николас охладил края раны мокрой тряпкой, второй рукой поглаживая мою сотрясающуюся от боли спину.

– Умница, – мягко проговорил он. – Все закончилось. Больше не трогаю. – И слегка обескураженно добавил: – Если честно, я рассчитывал, что ты отключишься.

Мы просидели так еще немного. А после я уже мало что помнила. Кажется, он вновь заставил меня выпить какие-то снадобья, прежде чем начать зашивать.

К тому времени у меня не осталось сил даже вздрагивать, когда игла входила в истерзанную плоть, а нити стягивали края раны. Николас что-то говорил, видимо, пытаясь отвлечь меня, но слова превратились в неразборчивый гул.

Я даже не поняла, когда в очередной раз потеряла сознание.

Глава 6

Фрейя

Я очнулась от того, что кто-то тормошил меня за руку.