Размер не имеет значения?!

– Такая ревнивая? – пугаюсь, перехватываю его руку.

– Не знаю, но проверять не хочется.

Соглашаюсь молча. Кошусь на окно. Второй этаж.

Никита читает мои мысли, выглядывая и прикидывая шансы на успех.

– Там лестница, можно спуститься. А оттуда до парковки недалеко.

– Я высоты боюсь.

– Подстрахую, – в его глазах блестит азарт.

– Ты полезай, а я по старинке, через дверь. Высоты боюсь больше, чем твою невесту! – Делаю шаг в сторону выхода, но Никита ловит мою руку и тянет к себе.

– Нет уж. Вместе пришли, вместе и уйдем.

– Ник…

– Идем. Ты же не хочешь, чтобы Маша твою тайну узнала?

– Нет.

– А по ресторанам их возить хочешь?

– Не особо.

– Значит, у тебя один выход: бежать со мной.

Звучит, будто он мне предлагает следовать за ним на край света. Ладно, всего лишь второй этаж, и я свободна.

Слабо киваю. Вижу, как в его взгляде мелькает лукавый огонек. Быстро распахивает окно и забирается на подоконник.

– Осторожно! Не упади! – хватаю за брючину.

– Тише. Все хорошо! – перекидывает ногу через сток и цепляется за лестницу. А мне кажется, что он в воздухе висит и вот-вот сорвется. – Иди сюда. Туфли только сними.

Следуя совету, скидываю обувь.

– Куда их?

– В окно бросай. Спустишься, заберешь.

– Там Орешкиной нет внизу?

– Нет.

– Жаль, – пуляю «снаряды» по очереди. Оказывается, тут невысоко. Никита уже на траве. Ждет, пока я вылезу.

Платье узкое, не для акробатических номеров. С улицы если посмотреть, можно удивиться. Я далеко не гимнастка, с моим «плюс сайз».

– Ну чего ты? – торопит.

– Вот думаю, посмотрят на меня люди и решат, что я в дверь не влезла, пришлось через окно выходить.

– Комплексы у тебя странные, беспочвенные. Красивая фигура, вкусная… – бормочет под нос.

– Чего?!

– Ничего. Лезь, – руки тянет к моей заднице, ловит как будто. Если я упаду на него, мало не покажется.

– Ты лучше отойди, целее будешь.

– Эля, Эля… Любить себя надо. Поняла?

– Угу, – ползу, не смотрю вниз. Коленки дрожат.

– Повторяй: «Я самая обаятельная и привлекательная».

– Не отвлекай, – смеясь, перебираю ногами, стараюсь не запутаться в платье. Но в самом конце пути наступаю-таки на подол и слышу треск. Отпускаю руки, хватаясь за ткань, будто это может спасти платье и лечу вниз, прямо на Никиту. Чувствую приземление мягкое… И его ладони на моих ягодицах. Лежим на траве.