Срочно! Женюсь на вашей маме. 2 плюс 1

У тебя ведь есть опыт с детьми?

– Сначала фиктивная жена, теперь фиктивная мать?! А потом снова сменишь замки в квартире и забудешь про нас?! Знаешь что? Спасибо за предложение, но на этом все. Я не изменила свои принципы после того, что было. Я не оказываю никакие услуги за деньги, кроме тех, что в трудовом договоре! И вообще, вы превышаете свои… полномочия… Максим Михайлович! Уберите руки! – вырывается из моего плена, вспыхнув и перейдя на вы. И это очень заводит, да что со мной творится?!

Понимаю, что непроизвольно прижимаю Ташковскую к стене.

Как-то двусмысленно все это. А что? У нас все-таки было? А когда? Может, Вера права и надо обследоваться?

Ее пламенная речь и поведение озадачивает меня, но сопоставить факты и попросить разъяснений не удается. Зато я однозначно понимаю, как сильно мне хочется ее поцеловать. Такую вот разгоряченную, с румяными щеками и горящими глазами. Плевать, что мы не одни в кабинете.

– Ты такая… стала… – выдыхаю, чувствуя, как она задерживает дыхание и как будто бы ждет, что я продолжу и все-таки поцелую ее.

Интересно, она ответит на поцелуй или залепит мне пощечину? Не проверив, не узнать. Наклоняюсь к ее лицу, но она вздрагивает как от удара током.

– Мама, папа! А Вера сказала, что я, когда вырасту смогу стать ветеринаром!

Ребенок выбегает с улыбкой на лице, срывая мои решительные планы.

– Меня любят животные, а я обожаю их!

Приходится выпустить Ташковскую, чтобы окончательно не вводить Виолетту в заблуждение.

– Обязательно станешь, если захочешь…

– Кошка сыта, теперь уже можно ехать к лошадкам?

– Да.

Только мы поедем втроем…– начинаю, но не договариваю.

– Точно! Ты, мама и я! Бабушку не возьмем. Она мне уже надоела.

– Чем?! – поднимаю брови.

– Своими воспитаниями, – заявляет девчушка.

– Нет, бабушка поедет. И мы с тобой, – исправляю.

Виолетта сжимает кулачки, бросая на нас гневный взгляд и готовясь, ни то разреветься, ни то закатить скандал. В любом случае об этом услышат даже на первом этаже, потому что темперамент передается по наследству.

Было бы более гуманно, если бы в комплекте с детьми шли беруши. Знал бы, что меня ждет такой сюрприз, точно купил бы столь нужный аксессуар.

– Виолетта… как тебе не стыдно говорить такое? – качает головой Роза. Она не справляется с внучкой, очевидно.

– Это вам должно быть стыдно! Зачем мне лошадь, если у меня нет мамы?! – топает ногами. Справедливое замечание.

– Хорошо. Я поеду с вами. Только не плачь, – выпаливает Ташковская.