Ночь на троих

– Михаэль! Музыка прекрасна, но пришла за другим… – громко говорю, потому что кажется, что в комнате я одна.

Молчание. Не похоже на то, чтобы так издевался. Я видела, как он меня хочет. Почему же я стою голая, связанная и в одиночестве?

Хочу снять повязку. Но нечем.

– Михаэль?

Чувствую его спиной. Все такой же горячий.

– Больше не могу ждать, не оставляй меня одну.

Чувствую на губах вкус клубники. Открываю рот и сглатываю. В следующий момент оказываюсь в капкане его рук. Они блуждают по животу, груди.

Гладят, дразнят… Он больше не хочет тянуть. Снова разворачивает лицом к себе и помогает лечь, сдвигая на самый край. А затем закидывает мои ноги на плечи. Ахаю от неожиданности. В попу упирается внушительное достоинство. Голый. Горячий. Значит, Михаэль уходил, чтобы раздеться. Жаль, что не могу смотреть на него, оценить красивое тело. Но тактильные ощущения не сравнятся со зрительными. Сейчас я будто чувствую больше! Чувствую, как скользит по внутренней поверхности бедра член, как меня приподнимают, чтобы удобнее разместить. И резкий толчок, без предупреждения.

Но я и хотела жестко. Именно так.

Связанными руками кое-как цепляюсь за матрас, чтобы выдержать напор. Он регулирует угол и входит еще глубже. Чувствую себя куклой, игрушкой в его власти. Стыдно признаться, но мне это нравится.

Шлепки тонут в ритме соблазнительной музыки. Мои стоны продолжают мелодию, я готова кончить, воображая себе наш секс, представляя со стороны, как развратно могу выглядеть связанная в руках этого мужчины.

Его пальцы впиваются в мои бедра, будут синяки.

Хочу синяки, хочу отметины на всем теле, чтобы долго не забыть о том, как хорошо было рядом с ним! Движения становятся более резкими, на грани с болью. Начинаю визжать, он входит до упора. Но боль перекрывает приятное послевкусие и предвкушение разрядки, какой давно не случалось.

– Еще! Сильнее! – кричу в полубреду. По лицу стекают капельки пота. Мне жарко даже в прохладной комнате: обжигает наше дикое безумство.

– Диана, – хрипит и замедляется. По коже мурашки, когда он после длительный молчания произносит мое имя.

– Не прерывайся. Я пью таблетки, пожалуйста… кончи в меня. – последнее слово заглушает его рык. Он колеблется, сомневается. Но все-таки Михаэль мужчина. Природа берет над разумом верх. Любовник отпускает себя окончательно, долбя и прижимая меня, насаживая до упора, до звездочек в глазах. Уже не чувствую ничего кроме пульсации. Наши тела едины, мы один ритм.