Ночи под кипарисами

Несколько раз, – ответила Блю, усаживаясь напротив.

Она протянула ему вазочку с печеньем, и он взял одно.

– Как же так получилось, что ты работала официанткой? Ты же учительница, кроме того, талантливый оратор, прекрасный организатор.

– Хотела покончить со школой. Ерунда, ничего особенного.

– Ты сказала, что работала несколько раз. За что тебя увольняли? На чем ты погорела? Проткнула грушу вилкой? – Он широко улыбнулся.

– Меня никогда не увольняли, по крайней мере с должности официантки.

– Тогда почему ты так часто меняла работу? А откуда тебя увольняли?

– Послушай, ты слишком любопытный.

Я бы даже сказала, ты ведешь себя просто неприлично. Да, именно так. Может быть, когда-нибудь я и отвечу на все твои вопросы, но не сейчас, – твердо заявила Блю. Пусть знает.

– Ты права. Извини, это профессиональное. Я так привык задавать людям вопросы о личной жизни, что иногда забываюсь.

– Хорошо, прощаю.

– Знаешь, а меня однажды уволили, когда работал фотографом на пляже, – продолжал Роше.

 – Я наступил кому-то то ли на голову, то ли на ногу. Отходил назад, чтобы в кадр попала вся картина. Так что это фотоаппарат виноват. Видишь, я же не боюсь говорить о своих ошибках.

– Твое признание меня тронуло, – улыбнулась Блю. – А теперь пей.

Роше сделал глоток кофе. Это был самый вкусный напиток, который он пил за последнее время, о чем он и сообщил Блю. Размахивая замечательным сырным печеньем, Роше указал на угловой диванчик.

– Отличная вещь! – воскликнул он.

А что еще он мог сказать об этой рухляди?

Блю довольно улыбнулась:

– Спасибо! Я очень люблю стиль сороковых и пятидесятых годов. Просто обожаю ретро. В такой атмосфере чувствую себя свободнее. Теперь я живу одна и могу позволить, чтобы меня окружали только те вещи, которые мне действительно нравятся. Я еще присмотрела несколько интересных экземпляров.

Иными словами, Блю сбросила с себя груз прошлого, возможно неудачного замужества.

– Мне нравятся старые музыкальные автоматы, – признался Роше.

 – У меня есть два, правда, они хранятся у Макса и Энни. В Роузбэнке нет для них места.

Роше жил в Роузбэнке, потому что никак не мог решить, купить ли ему старый дом и отремонтировать или построить новый в Туссэне. Пока в Роузбэнке ему было вполне комфортно.

Блю молча пила кофе, и, казалось, совсем его не слушала. Роше замолчал.

– Я сказал что-то обидное? – спросил он после некоторой паузы.

– Ой. – Блю сделала большой глоток.