Ночи под кипарисами

Могу, например, поджарить пару яиц, – ответила Блю, делая вид, что изучает меню.

Все засмеялись.

– Тарелка хлопьев – завтрак холостяка, – кивнул отец Сайрус. – Пожалуйста, две сосиски, два яйца, гренки, зерновой хлеб и мед. И еще что-нибудь вкусненькое, что поместится на тарелке.

– Мне то же самое, – поднял руку Роше, чувствуя, что прилив тестостерона улучшил его состояние.

Он посмотрел на Блю и понял, что успел соскучиться по ее взгляду. Это плохо, очень плохо. Он всегда знал, что горячность – его второе имя, когда дело касается отношений с женщинами.

Отец Сайрус говорил с таким азартом, что Синди переключила все свое внимание на него. На ее губах играла кокетливая улыбка, словно он давал ей повод на что-то надеяться. Она кивала, улыбалась, и на щеках появились милые ямочки.

– Что это было, Сайрус? – удивленно спросил Роше, когда официантка скрылась за дверями кухни.

Отец Сайрус загадочно улыбнулся.

– У нас с Синди есть небольшой секрет, – ответил он.

– Эй, Блю! – Джилли старалась перекричать шум. – Ты вчера отлично выступила. Думаю, на следующее обсуждение мы с Гаем придем с детьми.

Среди присутствующих раздались одобрительные возгласы, и Джилли улыбнулась им:

– Надеюсь, ребята, вы тоже с нами.

В зале вновь послышались крики.

– Спасибо, Джилли, – отозвалась Блю, когда шум немного стих, – хотя нам еще предстоит долгая работа.

Трудно передать те эмоции, которые чувствовались в каждом последующем высказывании.

– Прошу вас, святой отец, – подошла Синди, раскрасневшаяся от кухонной жары.

На тарелке, которую она поставила на стол, лежало два куска свежеиспеченного ароматного пирога.

– Я счастливый человек, – сказал Сайрус с довольной улыбкой.

Он блаженно прикрыл глаза и с удовольствием вдохнул волшебный запах выпечки. Затем взял один кусок и стал жевать, не открывая глаз, будто все окружающее, весь ресторан, даже весь мир перестали для него существовать.

Блю посмотрела на пустую тарелку.

– Нет, спасибо, отец Сайрус, я совсем не хочу попробовать ваш изумительный торт.

– Вот и отлично, – отозвался тот и подмигнул.

Принесли еще кофе и затем их заказ.

Прежде чем они успели приступить к завтраку, дверь отворилась и на пороге появился Озэр Дюпрэ, муж Лил, который служил сторожем при церкви.