Несколько дней в аду

У него нет права так разговаривать с ней. За несколько шагов до переулка Эйлин остановилась. В магазине она увидела Эйнджела, лицо его было холодным и суровым.

У него был свой ключ.

Эйлин почувствовала, что в ней закипает злость.

– А что, по-твоему, происходит, Кристиан?

Она называла его Кристианом, только когда была совершенно счастлива рядом с ним или когда он выводил ее из себя.

Эйнджел прижимал телефон к уху и молчал. Он не знал, что Эйлин совсем рядом, а она смотрела на него и вспоминала. В тот момент, когда Эйнджел вошел в ее жизнь, Эйлин встречалась с Мэттом Будро, шефом местной полиции, и казалось, что у них все было серьезно.

Но Мэтт все не делал ей предложение, а обращался так, будто они были женаты уже целую вечность. Наконец, когда Мэтт отменил очередное свидание, терпение Эйлин лопнуло. И тут появился Эйнджел. Эйлин по-своему любила Мэтта, а ее чувства к Эйнджелу повергали ее в смятение. Иногда ей казалось, будто Эйнджел не верит, что между ней и Мэттом все кончено…

Он вдруг резким движением сунул телефон в нагрудный карман темно-синей рубашки и обернулся.

Какие у него широкие, сильные плечи, невольно подумала Эйлин.

Она выключила телефон и вгляделась в лицо Эйнджела, увидела его сжатые губы.

Ну хватит. Какое ему дело до того, где я была? Или его интересует, с кем я была?

Эйлин подошла к магазину. Теперь ее отделяла от Эйнджела только тонкая стеклянная дверь. Его короткие темно-русые волосы были слегка взъерошены. А его ресницы… Эйлин ни у одного мужчины не видела раньше таких темных густых ресниц.

Она потянулась за ключами, но Эйнджел распахнул дверь и отступил назад. Эйлин вошла в магазин, и он захлопнул за ней дверь.

– Ты сегодня рано, – сказала она.

– Думала, успеешь вернуться до моего прихода и я не узнаю, что тебя не было?

– Полегче, приятель. – Эйлин подошла к дивану, обитому красным бархатом, и бросила сумочку. – У меня был неважный вечер, и я не хочу, чтобы благодаря тебе он стал еще хуже. Мне нужно было выйти по делу, вот и все.

Я не должна отчитываться перед тобой за все, что делаю. Сделать тебе кофе? Или, может, хочешь стакан вина или пива?

– Нет.

Эйлин обернулась. Она была высокой, но все равно вынуждена была смотреть на Эйнджела снизу вверх.

– Женщине не следует ходить одной в темноте, – сказал он.

Когда Эйнджел прищуривался, его глаза казались почти черными.

– Здесь, наверное, привыкли оставлять двери открытыми, но времена изменились.

– Я ходила к своей машине.