Владелец моего тела

Мы справимся!

– Ох, Фелс! – Мел вдруг рванула ко мне, обхватила мои ноги и начала их целовать, выкрикивая: – Не бросай меня! Только не бросай! Я обещаю, что больше не буду делать ничего такого… Обещаю тебе! Вытащи меня, Фелс, ты же такая умная!

Что я испытывала при этом? Жалость. Омерзение. Брезгливость. И все это венчалось угрызениями совести. За то, что не предотвратила… Даже невооруженным взглядом я сейчас видела, как сестру ломает изнутри дрянь, которой она себя пичкала. Резкие смены настроения, возбудимость.

Как я могла не замечать этого раньше?

Меня трясло, когда я отрывала сестру от себя и силой укладывала в кровать. Трясло, когда стягивала с нее одежду и укрывала розовым одеялом в мелкий цветочек, трясло, когда давала обещание:

– Я не брошу тебя, Мел. Мы ведь сестры. Я все решу, ты только помоги мне немного. Держись от всей этой грязи подальше. Слышишь?

– Меня отправят на лечение, – кивала Мел, облизывая сухие губы и нервно стирая слезы с опухших глаз.

Она схватила меня за руку, приложила ладонью к своей щеке и запричитала:

– Помнишь, как папа нас мирил, когда мы ругались? Он всегда говорил, что мы должны поддерживать друг друга. В целом мире у нас нет никого роднее. Да, Фелс? Только ты и я.

– Ты и я, – повторила, словно эхо, не узнавая собственный голос.

– Я так устала, Фелс, – зажмурившись, проговорила Мел. – Если бы ты только знала… Можно я посплю? – Она зевнула, отвернулась и накрыла голову одеялом.

И я ушла.

Неспешно, словно в замедленной съемке, пересекла гостиную и оказалась в ванной комнате. На ходу стягивая одежду, влезла в кабинку и, включив душ, долго бездумно растирала кожу колючей мочалкой, желая отмыться от всей той грязи, в которую нырнула с головой.

Выплыву ли сама? Не знаю… Спасу ли кого-то и стоит ли хоть один из нас спасения? Не знаю… Смогу ли бросить их, устраивая собственную жизнь? Не смогу.

Когда решение наконец-то оформилось в моей голове, стало легче. Осознание неизбежного примирило меня с судьбой, загнав страхи куда-то в темные углы подсознания.

Кроме того, приходилось признать, что профессор Браун – меньшее из зол. Много ли удовольствия трахать фригидную девственницу? Вряд ли. Скорее всего, мой мучитель быстро разочаруется в подобной забаве и отпустит меня на все четыре стороны. А дальше предстояло найти деньги.