Обнаженное прошлое

Дождь и море – это так же прекрасно, как солнце и море. Вот чистая правда!

В этот раз я забежала в холл и тут же оказалась возле стойки регистратуры.

– Самойлова Дарья? – уточнили у меня.

– Да.

– Игорь Сергеевич вас ждет.

Вчерашний маршрут, знакомый кабинет. Меня попросили подождать немного. Я села с краешка на стул и задумчиво заскользила взглядом по окружающей обстановке. Дверь открылась, и появился врач… который интересовался вчера моим самочувствием. Удерживая в руках какие-то бумаги, он явно думал о чем-то своем, не очень радужном.

Как же я вчера была невнимательна: не сообразила, что вести нас с Дашкой будет именно он… Заметив меня, мужчина на мгновение замер, словно не ожидал увидеть, и тут же чуть нахмурился.

– Здравствуйте, Анна Николаевна.

– Добрый день, Игорь Сергеевич. Что скажете?

Он прошел на свое место, сел. Медленно отложил бумаги в сторону и посмотрел на меня. И сама не знаю почему, но по позвоночнику пробежал холодок. А еще стрелки белых часов, висевших на стене, вдруг стали тикать с оглушительной громкостью.

– Анна Николаевна… – начал он.

Я невольно вцепилась пальцами в сумочку, горло перехватило невидимым обручем.

– Боюсь, у вашей дочери лейкемия.

* * *

10 лет назад

– Аня, Аня! Сколько можно там сидеть? Уже начинается! – позвала меня Олька, на ходу глядя на себя в зеркало и быстро поправляя макияж.

Я так спешила на концерт, что забыла дома косметичку. В сумке оказался только печально завалявшийся розовый блеск, который по недоразумению я купила в ларьке.

Ведь есть для кого! Она хочет понравиться Саше, а я – Антону. Понравиться еще больше. Так, чтобы не думали уже ни о ком.

Посмотрев на себя в зеркало, я пригладила юбку серебристо-синего мини-платья и в который раз подумала, что смогу затмить всех! Со сцены доносилась музыка. Трехдневный фестиваль «Ночные звезды» проводился каждый год, и в этот раз нам удалось выбраться всей группой. В школе я могла о таком только мечтать.

Голова кружилась. От музыки, свободы, одновременно сладковатой и горькой слабоалкоголки в фигурных бутылочках, продававшейся буквально на каждом шагу.

Уже восемнадцать. Уже все можно. К тому же я знаю свою меру, никогда не шагну за грань.

Олька утянула меня ближе к толпе, туда, где басы проникают в самое сердце и стоять на месте просто не получалось. Мы с ней уже вовсю пританцовывали, выкрикивая знакомые строки известных песен местных групп.