Чудовищное предложение

– А ты хочешь остаться? – вскинул бровь Аарон Харрис. – На моих условиях и без капризов?

С трудом поборов желание сказать «нет», кивнула. И чуть не заплакала от понимания – на его условиях, это значит…

– Тогда прошу в мой кабинет, Одри. Покончим с формальностями, отпустим Донована и посмотрим, чем сможешь меня порадовать.

Казалось, что он меня проверяет. Смотрит так, будто ждет, когда же я наконец сорвусь с места и сбегу, визжа, будто ненормальная.

Но… он, наверное, не знал, что бежать мне некуда.

– Как скажете, мистер Харрис.

– Отлично, – он усмехнулся, скрещивая руки на груди. – Люблю покорность, как правило, она равна отсутствию проблем. И называй меня Аарон.

Еще одна самодовольная улыбка победителя на небритом лице будущего мужа, и он, развернувшись, неторопливо проследовал в глубину роскошного дома, жестом позвав за собой. Как собачонку… породистую, с родословной, отличным экстерьером. Очень дорого купленную собачонку.

Но я смирила свою гордость. Так положено.

– Хорошо… Аарон.

Чего мне стоило сказать эту фразу, знал только Господь Бог. Но даже он мне не сможет помочь в этой ситуации. Или, быть может, сестры в пансионате были правы, и я недостаточно искренне и недостаточно усердно молилась, поэтому мне посланы такие испытания?

Пока я думала о мирских тяготах, мы миновали несколько коридоров, широкую мраморную лестницу на второй этаж и оказались перед белой дверью, за которой располагался вполне стандартный кабинет. Просторный, светлый, с массивным столом, огромными книжными шкафами с внушительной подборкой разнообразной литературы и картиной Сальвадора Дали на стене.

Он уселся в кожаное кресло, откинулся на спинку и сцепил руки на животе.

– Ознакомься, – Аарон кивнул на две стопки листов на столе. – Это наш с тобой договор в двух экземплярах.

Я осторожно, словно ядовитую змею, взяла бумаги и примостилась на краешек кресла. Читать было очень сложно. Даже не столько читать, сколько вникать в суть договора. Кошмарную, неприличную суть, которая обрекала меня на сексуальную связь до брака… обрекала сухим, канцелярским языком.

Права и обязанности. Ну что же, добро пожаловать обратно в средневековье, милая Одри.