Замок Альбедо

Он не сможет ей позвонить… Он так долго скрывал от себя самого, что у него не получается – строить заново, этот замок альбедо из белого мрамора, для себя, для них двоих. Еще в начале года он был преисполнен энтузиазма, надежды, он был уверен, что справится – и что теперь ничто не сможет им помешать быть вместе, никакие службы разведки, никакие лже-алхимики и лже-поэты, никакая сила – порядка, хаоса, зла, добра.

Теперь он вдруг начал сомневаться – что никакой он не Поэт, что все возвращается в прежнюю колею, когда он бегает по кругу, как дрессированный зверь, исполняя приказы, прыгает в горящие обручи… Его убьют – и он так ничего и не успеет; его убьют – а он даже не узнает, каково это – быть архитектором своей вселенной.

Он боялся, что с каждым днем промедления, с каждым днем расставания, они отдаляются друг от друга, а он отдаляется от себя же самого. Иногда ему казалось, что, наоборот, они связаны, как никогда раньше – и что он чувствует ее на расстоянии, даже без звонков – редких, спонтанных, когда у него есть возможность, когда у нее есть возможность…

Он часто воображал, что она рядом – что она все прекрасно знает, что он не один.

Не один. Так странно – он начал задумываться об одиночестве, только когда вдруг понял, как хорошо иметь единомышленника. Александра была не единственным человеком, по которому Ричард – к собственному изумлению – скучал.

Телефон в руке ожил, сообщение и отправитель были как нельзя кстати.

«Для строительства замка можешь взять с собой все, что тебе понадобится. Что не понадобится, оставь здесь». Вот он, знак свыше – даже если отправителем был человек, формально значащийся мертвым для британской разведки, а совпадение, при котором Ричарду стоило лишь о нем подумать – и тут же получить послание, – казалось невероятным.

– Дарио! – позвал он.

Фишер явился мгновенно, так, словно он стоял за дверью и только и ждал, когда его окликнут.

– Мы летим в Москву через два часа, отвлеки персонал, чтобы я покинул госпиталь. Встретимся внизу у входа.

Дарио кивнул и вышел из палаты, ни слова не говоря.

Он чем-то напомнил Ричарду его же самого – на все согласного, если это было сказано кем-то из руководства. Он был вынужден признать, что в определенных случаях этим нельзя не пользоваться.

4.