Чумная маска. Сеанс окончен. Занавес

Я настолько была одержима идеей идеального сценария (и впечатления от взаимодействия со мной, клиентского рейтинга), что строго следила за каждым своим вздохом, а об остальном – репликах и голосовых командах – не могло быть и речи.

Если я обычно абсолютно бесшумна в проявлении собственных эмоций на сессии, то безмолвие партнера вводило в состояние тотальной фрустрации, состояние, которое было сложно преодолеть.

В аудиальной депривации (и ее предопределенности) все внутри буквально вспыхивало, и я была готова вот-вот перейти в садизм, выбивая из него хоть какое-нибудь подобие звука… Особенно, когда стон или вскрик были бы естественными…

Единственным, чего я добивалась обычно, были короткие вдохи сквозь стиснутые зубы.

В полной тишине, нарушаемой только шелестом одежды и веревок, топотом подошв обуви и лязгом металлических крюков реквизита.

Лишь когда наступал конец сессии, тройным хлопком в ладоши – регламентированным жестом – я прерывала сеанс и выстроенный контакт, тугими узлами связывавший нас все эти минуты.

За пятьдесят минут – даже не час – я проживала всю жизнь, раз за разом, окунаясь в вихрь дурманящих сознание чувств.

До того, как я встретила его, я не испытывала настолько глубокого погружения. Все партнеры до него теперь казались дилетантами, а все сессии – кривым подобием настоящей игры.

Он делал все четко и строго, так, словно он был запрограммированным роботом, исполняющим желания, наряженной куклой, марионеткой кукловода, отдаваясь в руки, играя роль, выполняя указания, ни больше, ни меньше.

Идеальный актер. От его идеальности сводило челюсть.

Любое взаимодействие с ним сводилось к исключительно деловой коммуникации: сценарий, корректировка, одобрение, согласование времени и даты сеанса.

Ни до сессии, ни после мы не сказали друг другу ни слова.

Я даже не знала ни его настоящего имени – лишь псевдоним, – ни каков его голос; общались мы в чате портала тематических[3 - Тема – обозначение культуры BDSM; тематик – тот, кто практикует BDSM.

] услуг, в его апартаменты я попадала с одноразовым кодом доступа, о начале и окончании сессии информировал голос робота, безжизненно приветствующего и прощающегося, а его хозяин безмолвно покидал меня, как только время выходило.

Просто вставал (как правило, с пола) и уходил.

Про aftercare[4 - Успокаивающие действия и забота, с целью вернуть в комфортное состояние, обязательны для применения после болевых практик, практик с лишением воли.