Безымянная скрипка

Стажеры заполняли анкеты на низких квадратных диванах напротив ресепшена, кадровый менеджер дизайн-студии, присматривающий за ними, был похож на охранника. Я морщился от гудящей головной боли похмелья каждый раз, когда кто-то повышал голос, чтобы задать дурацкий вопрос.

– Какое сегодня число?

– Двадцать третье, – буркнул я, не оборачиваясь, инстинктивно прижимая к груди футляр со скрипкой.

Я уже успел заехать в клуб. Я незаметно пробирался по коридорам, чтобы забрать из гримерки скрипку Бафомета, и вовсе не испытывал угрызений совести.

Оставшиеся после вечеринки тела даже не проснулись.

Если они говорили, что это моя скрипка, значит, я могу свободно ей распоряжаться.

– Мистер Майер, – сообщила девица, приблизившаяся ко мне, улыбаясь широко – насколько позволяло невыразительное лицо, – миссис Томпсон ожидает вас.

Я поднялся с дивана, с футляром скрипки под мышкой, и пошел в кабинет вверх по коридору мимо стеклянных панелей опенспейса в указанном секретарем направлении. Офис был стильным, лаконичным, без ощущения мертвенной корпоративной тесноты.

Пройдя мимо статуи танцующего фавна, я невольно хмыкнул: уж очень он мне кое-кого напомнил.

– Виктор, я рада, что вы сразу откликнулись, – заявила миссис Томпсон сразу после приветствия.

Она указала на круглое кожаное кресло напротив. Я плюхнулся в него без промедления.

– У меня есть, чем вас заинтересовать.

В девять утра меня разбудил звонок. После ухода страшного гостя я лег на кровать и мгновенно уснул сном без сновидений.

Миссис Томпсон сказала, что у нее есть для меня предложение, спросила, когда я могу приехать в ее офис, чтобы обсудить детали… Я плохо соображал, она воспользовалась моментом, я согласился явиться к ней после полудня.

Мне было просто жизненно необходимо развеяться.

Четырнадцатый этаж тридцатипятиэтажного бизнес-центра в Мюррей Хилл был похож на декорации ситкомов про нью-йоркский офис, однако, все же, лучше, чем место съемок фильмов ужасов. Мрачные тени отступили при свете дня, скрипка, лежащая на коленях, вибрировала, будто живая.

Нет ничего сверхъестественного в ночном посетителе – он не собрался забрать мою душу или выпить кровь, как городской вампир. Этот фокусник лишь хотел отобрать у меня скрипку. И скрипка не живая – это просто скрипка.

– Я бы хотела предложить вам работу.

Я оторвал взгляд от своих сложенных поверх футляра рук, уставившись на нее.

– Работу? – переспросил я в недоумении.