Я тебя забираю

– Умеешь мотивировать, – усмехается, – сама Лиза сказала что-нибудь новое?

– Толь, мы же друзья?

– Так!!! После таких вопросов обычно всякая херь следует. Никита, бля.

– Близкие. Я тебя со школы знаю, служили вместе.

– Ну ты сука, мастер аргументов.

– Я у тебя Любушку крестил.

– Плацдарм ты подготовил, – сдается, – жги, давай.

– У него есть на Лизу что-то, чем он ее шантажирует. Молохов ей пять дней на раздумья дал, что будет дальше, не обозначил. Но Лиза до чертиков перепугана и молчит. Толь, как узнаешь в чем дело, сначала мне скажи, никаких твоих оперативно-розыскных действий с ней.

– Ладно.... Интрига, блядь. Что может быть у погрязшего в криминале адвоката на вчерашнюю школьницу? Плохие оценки в аттестате?

– Не смешно.

– И мне. Ей девятнадцать, где ж она накосячить успела? Если собой приторговывала так, что я не нашел, так только в элитном блядушнике. Так за это, кроме папки, которого у нее нет, никто по заднице а-та-та не сделает.

Меня аж передернуло. Ангелочек, пекущий тортики, никак не вяжется с высокооплачиваемой элитной проституткой. Ну, нет. Да малышка от меня шарахается, словно девственница.

– Не из таких она.

– Ну не лям* же Лизонька твоя из воровской казны сперла? Ладно, буду работать. И с вами надо что-то решать, конспирация пошла по хую… Надо ж было так облажаться, Лавруша. Такой форт Нокс прое…

– Толь, я прямо голос своего старика слышу, – закатываю глаза, – хватит нотации читать.

– Сорян, – друг сбавляет обороты, выдыхает, – это меня от стресса колбасит. Трое детей, Никита, – в командирском голосе прорезаются нотки отчаяния. – Как я на такое подписался, а? Чем думал? Я ж не сплю теперь вообще. Что такое секс, не помню. Мне кажется, я до новых погон не дотяну.

– Соберитесь, товарищ подполковник.

– Собираюсь. Так, найду вам что-нибудь до завтра.

– Толь, Толь, подожди, – торможу мягко. Знаю я его конспиративные квартиры где-нибудь на окраине.

– А вообще неплохой вариант и государству платить не придется. Вас только вывезти надо грамотно, а то пасет сученыш сто процентов. Вообще кто его знает, еще решится на штурм. Вот тогда будет не смешно.

Я тоже так думаю.

– А так, вы свалите, Молохов нервничать начнет. А кто нервничает, тот ошибки совершает.