Снегурочка легкого поведения

Женщины в роскошных праздничных платьях плавно передвигались по залу, болтали друг с другом, жались к своим мужчинам.

Группа в самом центре выделялась. Все общались с ними слишком вежливо, улыбки слишком слащавые, жесты нарочитые. В центре толстый мужик в серебристом костюме и шапке зайца покуривал сигару. Он безразлично смотрел на красный огонек сигары и эмоции на его лице ожили только когда он наткнулся на нашу троицу.

– Иди вперед, ты тут главная, – Мороз подтолкнул к проходу вдоль стола и они с Волком пошли следом за мной как свита.

– Главная, – я зацепила со стола «Moet» и сделала жадный глоток для храбрости. Мы прошествовали к сцене и снегурки рассосались на заднем плане.

– К нам пожаловал дедушка мороз со свой внучкой и волка взяли, – главный в костюме повернул стул к нам и лениво развалился, – иди внученька, посиди на колене у еще одного дедушки, – похлопал он себя по ноге. Расскажи, хорошей ли ты была в этом году?

Вокруг раздались сдавленные смешки, дамы скривились и закатили глазки.

Снеж, главное – не дрейфить!

Я сунула бутылку шампанского Морозу в руки и прошагала от сцены к толстяку в серебряном костюме.

Откинула косу с плеча за спину и расположилась на массивном колене. Внутри сердце барабанило, дрожь и животный страх царапали нервы. Но показывать нельзя, Волк сказал. Мямлей никто не уважает.

– Расскажи, Снегурочка, – мужик затянулся и тихонько дернул меня за косу.

Волк отреагировал оскалом, Мороз слегка склонил свою голову набок.

– Как ты вела себя в этого году?

– Плохо, – я потупила глазки, вздохнула.

– Была непослушной, – мужик остался доволен моим ответом и затянулся сигарой снова, – но ты же не хочешь остаться без подарка?

– Не хочу, – я хлопнула глазками и заглянула в его заплывшие алкоголем маленькие глазки-бусинки.

– Тогда порадуй дядю, – он махнул стоящему в паре метров парню и тот притащил высокий табурет.

Блядь!

Да быть этого не может!

Я перевела на него свои округлившиеся шальные глаза, а он расплылся в похабной улыбке:

– Прочитай для дедушки стишок, – громко хохотнул он, – и лучше не ломайся, а то если попрошу еще раз, будешь делать это голой, – оскалился он пьяно мне в лицо и выдохнул в сторону дым от сигары.