Габи. Легенда о любви

Избранный сходил с ума от счастья, строчил ей письма в стихах, писал её портреты, наброски. На радостях просил руки у супругов Фуше. Софи Гюго, мать, слышать не хотела ни о какой свадьбе, считая, что деньги её семьи будут утекать в другую семью. Мать нервничала – семье грозил распад; она получила инсульт и умерла. Гюго потерял близкого человека – мать, что так любила и заботилась о нём. Отец, генерал Гюго, был счастлив породниться с семьёй Фуше. Ещё бы – иметь такую невестку, которую он нередко хлопал по заду, а та в ответ лишь мило и безропотно улыбалась.

Адель и впрямь это казалось забавным, даже льстило его мужское внимание, тем более что в детстве она в него была влюблена, ведь именно он был идеалом мужчины – красивый, смелый, бравый, ловелас.

После похорон матери у семьи Софи Гюго не осталось лишней копейки за душой, но именно тогда Виктор «попал в струю». Блажь старого короля Людовика. И быть посему! «Дать Гюго, одному из немногих, пожизненное содержание в 1200 франков в память уходящего в закат КОРОЛЯ», чтобы отметить монархически настроенных поэтов, оделить их знаками королевского внимания.

Гюго получил желаемое – согласие Адель, славу и деньги. Его сборник стихов взорвал общественное мнение, а опека короля позволила ему выйти в центр внимания. Доход от сборника воздался сторицей: он был втрое больше, нежели ожидали он, Адель и супруги Фуше. Свадьба была поистине желанной. К ней готовились все, кроме Эжена…

…Адель, сидя на кровати, в отчаянии пробормотала:

– Бедняжка Эжен! Это я виновата в твоём безумии, прости меня.

Вспомнив Эжена, Адель заплакала, признаваясь себе:

– Эжен любил меня по-настоящему, а Виктор… Лишь любил свою любовь ко мне. Он предавал меня и не раз… – отвернувшись, уткнулась лицом в подушку и безудержно разрыдалась.

ХIII

Габи

Габи сияла от счастья: вот-вот должен прийти её Виктор, Вики, как нежно она его называла.

Поэтому она до сих пор, хотя день уже подходил к полудню, сновала в новом модном пеньюаре, нетерпеливо переходя из одной комнаты в другую. Она волновалась, и это было заметно. Особенно взволновало её цоканье копыт по брусчатке, что говорило о прибытии его, Вики.

С улицы доносились голоса.