Хозяин моих желаний

– Лучше заткнись, а то будет намного хуже, – цедит он и прижимает меня ладонью к кровати. Я часто дышу в матрас и сжимаю простынь кулаками. Извращенный подонок, чтоб он сдох! – Знаешь, – Миша вдруг усмехается, – давно меня никто так не доводил.

Чувствую, как ползет по ногам мой халат и оголяются ягодицы. Горячие пальцы с нажимом скользят по обнаженной коже, заставляя меня всю сжаться. Что он удумал такое? Быть не может!

– Тебя когда-нибудь пороли?

– Ты спятил! – взвиваюсь я и пытаюсь выскользнуть из его рук, но Миша только сильнее удерживает меня на своих коленях.

– Значит, нет, – его ладонь сжимает мою ягодицу, – уверен, тебе понравится.

– Не смей, – ударяю кулаком по матрасу, – это насилие.

– Тут я согласен, – цокает он и я чувствую первый легкий шлепок, – но ты сама виновата, Снежа.

– Я взрослая, со мной нельзя так, – цежу сквозь зубы и по моим ягодицам прокатывается легкий ветерок, за которым следует звонкий удар.

Вскрикиваю и дергаюсь не столько от боли, сколько от неожиданности и обиды.

Пальцы впиваются в нежную кожу и ногти царапают, мучительно скользя по ягодицам. Замираю у Миши на коленях, понимая, что через эту унизительную и болезненную процедуру мне придется пройти в любом случае. Сжимаю зубами простынь на следующем ударе и мысленно в который раз матерюсь на Мишу последними словами.

– Хорошая девочка, помолчи, – раздается удовлетворенно сверху, – совсем башка разболелась от твоих криков, – новый хлесткий удар и потом еще один. Миша наращивает силу и в какой-то момент мне кажется, я не выдержу этой боли, рыдания разрывают грудь и я иступлено цепляюсь зубами и кулаками за простынь. Мне кажется, при каждом ударе боль молниеносно разносится по всему телу, отзываясь в каждой клеточке. Все, чего хочется, это чтобы пытка скорее закончилась.

Так продолжается какое-то время, нескончаемые секунды и минуты и я уже готова сойти с ума, но постепенно боль притупляется. Кожа на ягодицах немеет от постоянных шлепков, словно привыкая к этой процедуре. Сверху раздается протяжный выдох и удары прекращаются. Молюсь о том, чтобы на этом все и закончилось. Я больше не буду ему перечить, пусть делает со мной, что хочет, я потерплю проклятые две недели или сбегу, как только получится. Пусть только перестанет.