Анна и французский поцелуй

– Tout Pourvoir, – кивает он на подушку на моей кровати. Слова вышиты над изображением единорога. Это подарок от бабушки с дедушкой, а девиз и герб принадлежат клану Олифантов. Давным-давно мой дедушка переехал в Америку, чтобы жениться на моей бабушке, но он по-прежнему предан всему шотландскому. Он всегда покупает нам с Шони вещи с клановой шотландкой (в сине-зеленую клетку с черно-белыми линиями). Мое покрывало тому доказательство.

– Да, мне известно, что это значит. Но как ты узнал?

– Tout Pourvoir.

Превосходно. Девиз клана Олифантов, который с младенчества вбивали мне в голову, оказывается написан на ФРАНЦУЗСКОМ, а я не имела об этом ни малейшего представления. Спасибо, дедушка. Будто до этого я мало выставила себя идиоткой. Но откуда мне было знать, что шотландский девиз будет на французском языке? Я думала, они ненавидят Францию. Или это относится только к англичанам?

Аргх, не знаю. Всегда предполагала, что это латынь или какой-то другой мертвый язык.

– Твой брат? – Сент-Клэр указывает на единственную фотографию, которую я повесила над кроватью. Шони улыбается в камеру и показывает на одну из маминых черепах, которая вытягивает шею, грозясь откусить ему палец. Мама проводит исследование репродуктивных особенностей каймановых черепах в рамках их жизненного цикла и несколько раз в месяц посещает свой выводок на реке Чаттахучи. Мой брат обожает ходить с ней, а я предпочитаю оставаться дома, в безопасности. Каймановые черепахи злые.

– Ага.

– Как-то слишком по-ирландски для семьи с клетчатыми покрывалами.

Я улыбаюсь.

– Это больное место. Моей маме понравилось это имя, но у дедушки – отца моего отца – чуть не случился сердечный приступ, когда он его услышал. Он предлагал Малькольма, Юэна или Дугала.

Сент-Клэр смеется.

– Сколько твоему брату лет?

– Семь. Он во втором классе.

– У вас большая разница в возрасте.

– Ну, он либо оказался случайностью, либо последней попыткой спасти разваливающийся брак.

Ничего себе. Не могу поверить, что только что выболтала это.

Сент-Клэр садится на край кровати.

– Твои родители развелись?

Я остаюсь стоять возле своего рабочего стола, не осмеливаясь сесть рядом с ним. Может, когда я окончательно привыкну к его присутствию, я смогу совершить подобный подвиг. Но не сейчас.

– Да. Мой папа ушел от нас спустя полгода после рождения Шона.