Сердце пирата

Он зажег масляную лампу и, когда вспыхнул свет, бросил на Роберта взгляд, чтобы убедиться в том, что это действительно он. Удостоверившись в этом, Бабингтон подкрутил фитиль, надел на лампу стеклянный колпак, потом вернулся к двери и закрыл ее. Поставил свою трость в корзину возле двери, подошел к комоду и налил себе выпить. И только потом, держа в руке стакан, снова посмотрел на Роберта, поднял стакан и, отхлебнув глоток, спросил:

– Зачем вы здесь?

Роберт ответил безрадостной усмешкой:

– Как вы справедливо догадываетесь, это связано с визитом Деклана.

– Другими словами, секретный. – Бабингтон подошел к дивану и устроился поудобнее, вытянув свои длинные ноги. Свет лампы освещал обоих. Бабингтон внимательно вгляделся в лицо Роберта, потом спросил: – Как я понимаю, вам нужна моя помощь. Так объясните, в чем дело.

У Роберта было предостаточно времени, чтобы придумать ответ на этот вопрос.

– От Деклана я знаю, что у вас имеется определенный интерес в отношении пропавших людей.

Бабингтон был слишком опытен, чтобы выдать себя, но он замер. Глядя поверх края своего стакана, Роберт какое-то время изучал выражение его лица, прежде чем спокойно спросить:

– Это так?

Ни один мускул в лице Бабингтона не дрогнул, но он слегка покраснел. Он сидел не шевелясь и смотрел на Роберта. Через несколько секунд он совершенно бесстрастно произнес:

– Зачем вам это знать?

Роберт перевел взгляд на стакан, который держал в руке.

– Затем, что если вас это не интересует… то, боюсь, было бы неразумно с моей стороны делиться с вами подробностями касательно цели моего пребывания здесь.

Бабингтон пристально взглянул на Роберта, потом медленно выпрямился и с нарочитой аккуратностью поставил свой стакан на маленький столик. Поставив локти на колени, он потер лицо ладонями, затем невидящим взглядом окинул комнату и наконец произнес:

– Ладно.

Роберту с трудом удалось сохранить бесстрастное выражение.

– Здесь… здесь была одна молодая леди, точнее, одна молодая женщина. Мисс Мэри Уилсон. Ее семья переживала не лучшие времена, и она приехала сюда, начать новую жизнь. Она помогала своему дядюшке в его магазине, но была не просто помощницей. Скорее наследницей… совладелицей. – Тяжело вздохнув, Бабингтон продолжил: – Мы с ней… я за ней ухаживал, но, конечно, не говорил об этом никому из своих родных.