Причины для брака

 – Она бросила монеты в мешочек и вернула в сейф. Закрыла тяжелую дверцу, заперла буфет, одновременно напоминая себе, что именно она за все отвечает, и повернулась лицом к Эверсли. – Что вы хотите узнать, ваша светлость?

Джейсон улыбнулся:

– Почему вы так упорно держите свет под спудом?

Ленор озадачено моргнула.

– Прошу прощения?

Взгляд Эверсли тут же напомнил ей о его репутации.

– Я спрашиваю, почему вы так усердно стараетесь скрыть свои достоинства от тех, кто лучше всего их оценит.

Стискивая руки от волнения, Ленор высокомерно задрала нос.

– Не имею понятия, о чем вы говорите, ваша светлость.

– Посмотрим, смогу ли я объяснить. – Джейсон оттолкнулся от стены и выпрямился. На глазах у испуганной Ленор он в два шага покрыл разделявшее их расстояние и уперся ладонями в стену по обе стороны от ее лица.

Чувствуя, как книжные полки врезаются ей в спину, Ленор многозначительно кашлянула.

– Уверена, что вы слишком джентльмен, чтобы прибегать к запугиванию, ваша светлость.

– Думайте обо мне все, что пожелаете, дорогая, но позвольте снять с вас очки, прежде чем они испортят ваши прекрасные глаза.

Не успела она моргнуть, как Эверсли сорвал с нее очки и бросил на стол.

Еле сдержав возмущенный писк, Ленор яростно посмотрела на него.

И получила в ответ медленную улыбку.

– Так гораздо лучше. – Его серебристый взгляд оценивающе прошелся по ее лицу.

Бросив последний взгляд на губы, Джейсон вернулся к животрепещущему вопросу:

– Позвольте сообщить, мисс Лестер, что, в отличие от большинства ваших гостей, я не слеп и не легковерен.

В ответ на разведку боем Ленор нашла единственный выход – сражаться.

– Мои прелести, как вы их называете, принадлежат мне, не так ли? И если мне нравится их скрывать, кто имеет право мне перечить? – парировала она, радуясь своей логичности.

– Многие могли бы заявить, что красивые женщины созданы для мужской услады. Вы не считаете, что обкрадываете сильную половину общества?

– Я живу не ради того, чтобы потакать мужским прихотям, милорд.

Эверсли прищурился.

Ленор осеклась, внезапно осознав, что выдала себя.

– Это… это…

– Нет. – Одно его слово уничтожило в зародыше ее запинающиеся оправдания.