В твоем доме кто-то есть

– Что-то не так?

Впервые Алекс не захотела ничего объяснять. Дэрби деликатно прокашлялся.

– Просто ты не прожила здесь так долго, как мы, – сказал он. – Никто не знает, действительно ли Олли едва не утонул, и правда ли, что он спит с отребьем в «Ред Спот», но с ним определенно что-то не так, с тех пор как умерли его родители.

Алекс одернула свою юбку с бахромой.

– Мы не хотим, чтобы тебе причинили боль.

– Снова, – кивнул Дэрби.

Руки Макани затряслись.

– Вы не знаете его.

– Ты тоже.

– Так что? С ним случилось что-то дерьмовое, а потом он мог сам наделать ошибок.

А может, и нет. А если и да, то какая разница? Неужели он не заслуживает второго шанса?

Алекс отступила на шаг.

– Эй, это ты к чему?

Макани засунула руки в карманы и сжала кулаки.

– Он отвезет меня домой за пять минут. Все будет хорошо.

Она не была уверена, что друзья ее услышали, но развернулась и пошла прочь. Она вообще не знала, хочет ли быть услышанной. Но все-таки обернулась и добавила:

– У меня все хорошо!

Глава шестая

Олли открыл перед ней пассажирскую дверь «форда».

Этот жест был милым и старомодным.

– Такое впечатление, что я сделала что-то плохое, – сказала Макани и, похлопав патрульную машину по крыше, забралась внутрь.

Олли криво улыбнулся:

– Теперь ты знаешь, каково мне.

Эта горькая правда, сказанная в виде шутки, – та самая причина, почему их тянуло друг к другу. Но так как только Макани поняла это, она не стала ничего говорить. Просто наблюдала, как Олли обходит машину спереди и подходит к водительскому сиденью.

Его движения напомнили ей старый фильм «Бунтарь без причины». У Джеймса Дина никогда, правда, не было такой бледной кожи или розовых волос, но Олли напоминал крутого парня, сильно неуверенного в себе.

Внутри машина оказалась чистой. Обивка спереди была из ткани, а задние сиденья обтянуты искусственной кожей. Наверное, чтобы офицерам полиции было легче вытирать пот, рвоту, мочу и кровь. Перегородку из стальной сетки убрали, никакого радио или компьютерного управления, лишь короткая ручка рядом с боковым зеркалом водителя, которая включала сирену.

В остальном самая обыкновенная машина, но Макани все равно стало не по себе. Воспоминания о полиции были не самые теплые.

Олли бросил сумку назад и сел в машину.

– Ну так, – спросила она, – ты что-то натворил?

Вопрос должен был стать игривым продолжением их шутки, но прозвучал совсем не так. Предупреждения друзей все еще вертелись в голове Макани.