Рассвет

А что?

– Боюсь, тогда ты даже не представляешь, как невыразимо прекрасна. Ничего странного, что бедняге Майку так и лезут в голову непристойные по отношению к чужой жене мысли. Как же Элис не заставила тебя хоть раз в зеркало глянуть?

– Твое предвзятое мнение в расчет не принимается.

С укоризненным вздохом Эдвард развернул меня лицом к дому. В стеклянной стене, как в огромном черном зеркале, отражались танцующие пары. Рука Эдварда протянулась к двум фигурам прямо напротив нас.

– Предвзятое, говоришь?

Я скользнула взглядом по отражению Эдварда, в точности воспроизводившему идеальные черты.

Рядом с ним стояла темноволосая красавица. Нежная персиковая кожа, огромные сияющие от счастья глаза в обрамлении густых ресниц. Узкое, как перчатка, мерцающее платье расходится внизу широким шлейфом, делая девушку похожей на перевернутый цветок каллы. В ней столько грации, столько изящества… Главное не шевелиться, а то все испорчу.

Я застыла, боясь, что моргну – и прекрасная незнакомка исчезнет, оставив меня прежней, но Эдвард вдруг окаменел и обернулся, как будто его окликнули.

– Вот оно что… – На лбу возникла озабоченная складка – и тут же разгладилась.

Эдвард как ни в чем не бывало сиял лучезарной улыбкой.

– В чем дело? – насторожилась я.

– Сюрприз для новобрачных.

– В смысле?

Вместо ответа он снова закружил меня в танце, увлекая в противоположную сторону, подальше от залитой светом площадки.

Остановились мы только под сенью раскидистого кедра. Эдвард устремил взгляд в густую темноту.

– Спасибо, – произнес он. – Очень… мило с твоей стороны.

– Милый – мое второе имя, – отозвалась темнота знакомым хрипловатым голосом. – Я вас разобью?

Ахнув, я схватилась за горло и чуть не рухнула в обморок – спасибо, Эдвард поддержал.

– Джейкоб! – выдохнула я, когда спазм прошел. – Джейкоб!

– Привет, Беллз!

Негнущимися ногами я шагнула на голос. Эдвард не выпускал мой локоть, пока из темноты мне навстречу не протянулась другая пара крепких рук.

Джейкоб притянул меня к себе, и от него полыхнуло жаром, от которого не спасла тонкая ткань платья. Танцевать он не пытался, только стоял, обнимая меня, а я уткнулась лицом ему в грудь. Склонив голову, он коснулся щекой моей макушки.

– Розали не простит, если я лишу ее права потанцевать с женихом, – вполголоса проговорил Эдвард, и я поняла, что он собирается оставить меня с Джейкобом наедине – щедрый подарок с его стороны.

– Джейкоб! – Я захлебнулась слезами.