Сумерки

У меня зачесались руки – страшно хотелось вмазать ему! Что со мной творится? Я никогда не прибегала к насилию, по крайней мере, до сегодняшнего дня. Демонстративно развернувшись, я пошла прочь.

– Подожди! – негромко позвал Эдвард, но я упрямо шагала к школе, раздраженно шлепая по лужам. Каллен нагнал меня без особого труда.

– Прости, я был очень груб, – на ходу извинялся он. – С Тайлером все так, как я сказал, но, пожалуйста, не обижайся!

– Почему бы тебе не оставить меня в покое? – ледяным тоном спросила я.

– Хочу у тебя кое-что спросить, но ты и рта мне не даешь открыть, – усмехнулся Каллен. К нему снова вернулось хорошее настроение.

– Слушай, у тебя что, раздвоение личности?

– Давай не будем оскорблять друг друга!

– Ладно, выкладывай, – вздохнула я.

– В следующую субботу, ну, когда будут танцы…

– Ты что, издеваешься? – не дала договорить я, поворачивая к нему мокрое от дождя лицо. В золотисто-медовых глазах плясали бесенята.

– Позволишь договорить? – вежливо попросил Каллен, но мне по-прежнему казалось, что он надо мной издевается.

Закусив губу, я нервно переплела пальцы, чтобы не совершить опрометчивых поступков.

– Слышал, в тот день ты собираешься в Сиэтл. Можно тебя отвезти?

Ничего подобного я не ожидала!

– Что? – по-идиотски спросила я, не понимая, к чему он ведет.

– Можно отвезти тебя в Сиэтл?

– Кто меня повезет? – не понимала я.

– Я, конечно, – ответил Эдвард, очень четко проговаривая каждый слог, будто я была ненормальной.

– Зачем?

– Я давно собираюсь в Сиэтл, к тому же вряд ли твой пикап выдержит такую поездку.

– Большое спасибо за беспокойство, но своей машиной я довольна!

– Хорошо, что так, но сколько раз тебе придется заправляться? – не унимался Каллен, шагая рядом со мной.

– А ты-то что волнуешься? – с иронией спросила я, желая поддеть богатенького мальчика на серебристом «вольво».

– Разумное использование полезных ископаемых должно волновать каждого, – с наигранной серьезностью проговорил он.

– Да ладно, Эдвард! – Во мне все встрепенулось, когда я назвала его по имени.

– Я сказал, что нам лучше не быть друзьями; я не говорил, что не хочу с тобой общаться.

– Ну, вот, теперь все ясно, спасибо! – с сарказмом поблагодарила я.

Тем временем мы оказались под навесом столовой, и теперь я могла смотреть ему прямо в глаза, что никак не способствовало четкой работе мысли.