Единственная

Несмотря на открытые окна, в доме всё равно было безумно душно и жарко, но здесь ситуацию исправлял кондиционер.

– Ну, привет, обезьянка, – сдвигая шляпу немного назад и открывая лицо, произнесла женщина, сидящая напротив. Сиденья машины располагались таким образом, что люди, находящиеся в салоне, могли видеть друг друга, и это было огромным преимуществом.

Удивлённо вглядываясь в лицо Таскановой, Аделаида поняла, что все образы, которые так неуверенно посылало подсознание, оказались ложными, потому что эта женщина была в тысячу раз красивее.

– Здравствуйте, Екатерина Александровна, – улыбнулась девушка, чувствуя себя весьма неловко под столь строгим взглядом, которым её одаривали. Она считала, что встречается «не с королевой»? Теперь Петровой казалось, что она приуменьшила.

– Как только Елизавета позвонила мне, сказав сюда приехать, я сразу поняла, что ты вернулась. Ты не представляешь, как я рада такому стечению обстоятельств. Нам столько нужно обсудить! Не волнуйся насчёт документов и прочей ерунды, твои родители обо всём позаботились, поэтому для полноправного владения домом нужно лишь подписать пару бумаг, – словно читая мысли Петровой, звонко говорила Тасканова, не прерываясь ни на минуту.

 – Я взяла на себя смелость самостоятельно выбрать ресторан. Его открыл мой хороший друг.

– Мне будет очень приятно с ним познакомиться, – улыбнулась девушка. – А по поводу имущества: я буду Вам безмерно благодарна, потому что совершенно не представляю, с чего начать, – призналась Аделаида, смотря в распахнутые зелёные глаза.

Сейчас девушка и впрямь была благодарна тёте Лизе за то, что она нашла время и позвонила Таскановой. Ада подумала о том, что ей стоит извиниться за собственную грубость, которая вырвалась из неё после короткого сна.

– Прекрасно тебя понимаю. Заедем к Спенсеру сразу после завтрака, Григорий оставлял у него деньги, так что бедно ты жить точно не будешь, обезьянка, – подмигнула девушке Екатерина Александровна и, повернувшись к водителю, что – то ему шепнула.

 – И господи, как же ты выросла! Такая красавица! Грация тебе точно досталась от мамы.

– Хотелось бы в это верить. И, Екатерина Александровна, спасибо Вам, огромное, правда.

– Прекрати, милая. Для меня счастье знать, что я, наконец – то, смогу поучаствовать в твоей жизни. Тебе – то, малышке, никто не дал и слова сказать, когда решалось, с кем тебе будет лучше оставаться.